Книга: Операция «Артефакт»
Назад: Пролог
Дальше: Часть вторая Тайное становится явным

Часть первая
Операция «Артефакт»

Глава 1. Специальное подразделение

На следующее утро Томилин прибыл к новому месту службы ровно в 8 часов утра. Это был старинный особняк в Успенском переулке, на дверях которого красовалась бронзовая табличка ЗАО «Русское Золото». После прохождения небольших формальностей его препроводили в кабинет руководителя фирмы, который размещался в мансардном помещении третьего этажа.
По всему было видно, что здесь его уже ждали, поскольку хозяин кабинета при виде его сразу поднялся из-за стола и вышел к нему навстречу, подавая с приветливой улыбкой руку для рукопожатия.
– Субботин Геннадий Николаевич, – представился он бархатным баритоном.
– Томилин Николай Петрович, – ответил Томилин, внимательно изучая собеседника.
Хозяин кабинета был моложе его лет на пять, но из-за своей крупной комплекции выглядел старше своего возраста. Он был одет в дорогой костюм тёмно-коричневого цвета, на запястье его левой руки переливался «Rolex», на ногах в тон костюму были подобраны элегантные туфли от Гуччи, а изысканность гардероба дополняла кремовая рубашка от «Армани» с галстуком от «Диор». Всем своим видом Субботин демонстрировал образ успешного бизнесмена, у которого дела идут в гору. Рядом с ним Томилин в своём новом костюме выглядел, как офисный клерк среднего звена, но этот маскарад Николая Петровича нисколько не беспокоил и не напрягал, поскольку он понимал, что стоящий перед ним сотрудник разведки играет отведённую для него роль. И надо было отдать ему должное, играл он её превосходно.
– Николай Петрович, – сказал хозяин кабинета после того, как они уселись в удобные кожаные кресла, – я читал ваше досье и знаком со всеми вашими работами по Департаменту контрразведывательных операций. На основании прочитанного вашего личного дела у меня сложилось собственное мнение о вас как о человеке и сотруднике разведки, и надо сказать, что оно более чем похвальное. Я рад, что мы будем работать вместе. Правда, ваша новая работа будет в корне отличаться от того, чем вам приходилось заниматься до сегодняшнего дня. В первую очередь это будет связано с тем, что основным материалом для ваших исследований будет информация из далёкого прошлого, в котором мы уже ничего не можем изменить. Мы можем только отследить влияние тех далёких событий на реалии сегодняшнего дня. Поэтому вам придётся быть в одном лице аналитиком, следователем, психологом, историком и ещё чёрт знает кем, прежде чем вы поймёте ход мыслей многих исторических персонажей, волей судьбы втянутых в круговорот этого расследования.
В вашем распоряжении будут все доступные средства поиска от самых мощных суперкомпьютеров до самых секретных архивов любого учреждения на территории России. Делу, которым вам предстоит заниматься, присвоен наивысший гриф секретности, а результаты работы лично контролирует Президент. Поэтому вы должны себе чётко представлять и понимать, что от результатов вашей работы будет зависеть дальнейшая судьба нашего государства, его безопасность и, как следствие этого, внешняя политика России. Всё было бы ничего, если бы не одно досадное обстоятельство, которое мы называем «время», которого у нас, к сожалению, нет. Не буду скрывать, что наш вероятный противник по вопросам данной тематики продвинулся дальше нас. Нашим единственным выигрышным фактором на данном этапе является только то, что мы проводим расследование у себя дома, на своей территории. И это наш главный козырь, благодаря которому мы по-прежнему ещё в деле.
На ознакомление с материалами операции даю вам две недели, после чего жду у себя с новым планом работы. В силу особой секретности операции «Артефакт» весь личный состав вашей группы во главе с вами с этого дня переходит на особый режим работы. Глубоко под нами расположен специально построенный для этих целей многофункциональный бункер, в котором вам предстоит работать и жить. Прошу понимать этот приказ не как прихоть вышестоящего руководства, а как служебную необходимость, связанную в первую очередь с заботой о вашей личной безопасности. Сейчас, Николай Петрович, мой помощник полковник Славин, он же начальник службы безопасности нашей «фирмы», проведёт вас в бункер и представит вас вашим новым коллегам, – при этих словах Субботин нажал на кнопку в подлокотнике кресла, и в дверях появился представительный мужчина средних лет.
Понимая, что аудиенция закончена, Томилин первым поднялся с кресла и, прощаясь с Субботиным, почувствовал крепкое дружеское рукопожатие, которое обычно бывает у людей, хорошо знающих друг друга.
* * *
Через несколько минут лифт бесшумно опустил офицеров на уровень «F», где в конце длинного коридора виднелась круглая массивная металлическая дверь, напоминающая своими формами и размерами вход в банковское хранилище. Пройдя через систему биометрического контроля по отпечатку ладони и сетчатке глаз, Томилин вместе с сопровождающим переступил порог защитного сооружения, за которым их уже ждали.
Процедура представления много времени не заняла, и через пять минут начальник службы безопасности удалился, оставив Николая Петровича один на один с его новыми подчинёнными.
В возникшей неловкой секундной паузе послышался голос впереди стоящего мужчины:
– Николай Петрович! Мы уже проинформированы о вашем сегодняшнем прибытии и поэтому с нетерпением ожидаем вас с самого утра. Разрешите мне представить вам наш небольшой коллектив.
Я майор Кузьмин Владимир Сергеевич, временно возглавлявший группу после трагической гибели вашего предшественника. Справа от меня капитан Добрынин Виктор Сергеевич, а слева капитан Соболев Степан Иванович. Для более детального знакомства разрешите пригласить вас в нашу кают-компанию, где за чашкой кофе мы сможем поговорить о деле в более комфортной обстановке, – после этих слов Кузьмин сделал жест рукой, приглашая Томилина проследовать за ним.
Через несколько минут, сидя на удобном кожаном диване с чашкой ароматного кофе в руках, Томилин знакомился с офицерами своей группы. И через час непринуждённой беседы он знал о них ровно столько, сколько это было необходимо для составления о каждом из них индивидуального психологического портрета.
Владимир Кузьмин. Родился 1 января 1982 года в семье потомственного дипломата. Детские и юношеские годы прожил с семьёй за границей, где служил его отец по линии министерства иностранных дел. С ранних лет у мальчика были замечены уникальные способности мгновенно схватывать и овладевать языками той страны, в которых ему приходилось бывать. К настоящему времени он в совершенстве владеет всеми европейскими языками, ивритом, китайским, японским, арабским, латинским и отдельными языками и наречиями Северной Африки. Закончил аспирантуру МГИМО, написал кандидатскую диссертацию по исследованию арамейского языка, но затем неожиданно для всех изменил своей дипломатической карьере и перешёл на работу в разведку. Принимал активное участие в операциях на Ближнем Востоке и в центральной Африке. Год назад был отобран в группу участников операции «Артефакт».
Внешне Кузьмин выглядел так, как будто он только сейчас сошёл с обложки гламурного мужского журнала. Его брутальная внешность никак не ассоциируется с образом сотрудника самого секретного подразделения. Скорее, его можно принять за преуспевающего бизнесмена, актёра. Такие парни всегда нравятся женщинам, они понимают это и знают себе цену. Его открытая манера общения сразу притягивает к себе собеседника, поэтому с первых минут знакомства моментально хочется завязать с ним дружеские отношения. В группе занимается изучением и переводом древних магических текстов, читая их в оригинале в старинных книгах и манускриптах. В настоящее время усиленно штудирует Каббалу.
Степан Соболев. Родился 15 мая 1986 года в городе Новосибирске. Его мать отказалась от него сразу после родов, и он с первых дней жизни попал в дом малютки. В 1988 году его усыновила семья академика Соболева, работавшего в то время в Новосибирском академгородке. Как оказалось, Степан от рождения был вундеркиндом. Уже в четырнадцать лет он окончил среднюю школу, а в восемнадцать с блеском защитил докторскую диссертацию по математике, в основу которой был положен математический анализ случайных чисел. В тот же период он начал заниматься компьютерными технологиями и программированием, а в 1999 году ему было сделано предложение перейти на работу в ФСБ. К удивлению своих коллег, и знакомых, которые в тот период массово уезжали на ПМЖ в Америку, он даёт своё согласие и на многие годы уходит с горизонта открытых математических исследований. В группе занимается математическим анализом старинных магических заклинаний в разрезе акустического программирования человека и математическим анализом древних символов. Кроме всего прочего, Соболев является непревзойдённым хакером, для него взломать любой секретный сервер сродни тому, что выпить стакан воды.
Внешне выглядит, как заштатный ботаник, однако за этой невзрачной внешностью, скрывается гениальность, способная поспорить с самим Эйнштейном.
Виктор Добрынин. Родился 16 июня 1987 года в городе Томске в семье актёров местного драматического театра. По женской линии его рода все женщины были потомственными гадалками или, как говорят в народе, ведьмами, а свой дар передавали по наследству от матери к дочери. Однако в его случае этим даром природа наделила его. В школьные годы Виктор обнаружил у себя гипнотический дар, который со временем сумел развить в мощный инструмент воздействия на людей. Эта особенность была замечена компетентными органами во время его учёбы в Томском политехническом университете, после окончания которого он был приглашён на работу в ФСБ. Пройдя дополнительное обучение в высшей школе им. Ф. Э. Дзержинского, он становится оперативным сотрудником под прикрытием. Используя свой гипнотический дар, участвовал во многих крупных операциях против коррумпированных чиновников высшего звена. Спустя три года был переведён в штат сотрудников непосредственного подчинения директора ФСБ. В группе занимается изучением старинных и засекреченных текстов по магии и гипнозу, а также освоением техники телепатии и телекинеза.
Выглядит как качок, который не вылезает из тренажёрного зала. Однако за этой горой накаченных мышц скрывается добрый, умный, чуткий и проникновенный человек.
Как выяснилось из беседы, все его подчинённые были свободными, не обременёнными семейными узами людьми, как, впрочем, и сам Томилин, от которого жена ушла на девятом году совместной жизни, не вытерпев сумасшедшего графика его работы. Поэтому группа могла без оглядки на личную жизнь отдавать всё своё время работе. Здесь, глубоко под землёй, где не было смены дня и ночи, организм легко перестраивается на другой режим функционирования, и человек мог без ущерба для здоровья работать по восемнадцать-двадцать часов в сутки. Затем достаточно было небольшого четырёхчасового сна, и весь процесс можно повторять заново. Понимая эти особенности подземного ритма работы группы, руководство 13 Управления во главе с генералом Субботиным сделало всё возможное, чтобы они были обеспечены всем необходимым и ни в чём не нуждались.
Как будто предвидя грядущее, а именно то, что в этом ультрасовременном подземном сооружении будут работать фанаты своего дела, проектировщики запроектировали, а строители построили в дополнение к рабочим и служебным кабинетам жилые комнаты наподобие небольших кубриков, оборудованных по последнему слову техники. На уровне «F» находились: вычислительный центр, кают-компания, кабинеты и большая библиотека. Этажом ниже размещался жилой блок со спальными помещениями, игровой комнатой со спортивными тренажёрами и небольшой сауной с плавательным бассейном. Учитывая уровень предоставленного сервиса, группа предпочитала не подниматься на поверхность и сутками напролёт занималась исследованиями.
После краткого знакомства ребята разошлись по рабочим местам, а Томилин в сопровождении Владимира пошёл к своему новому рабочему месту. Идя по коридору, Николай Петрович поинтересовался у Кузьмина:
– Владимир, вы несколько раз в своём разговоре ссылались на моего предшественника, но, ни разу не назвали, ни его фамилии, ни имени. Это что, запретная тема для разговора или вы не хотите ставить меня в неловкое положение?
– Нет, Николай Петрович, дело обстоит совершенно иначе. Лично я общался с вашим предшественником лицом к лицу всего один раз. Во время беседы с ним у меня возникало такое ощущение, будто меня просвечивают рентгеном, а мой собеседник знает обо мне значительно больше, чем я знаю о себе сам. Он лично отбирал каждого из нас для работы в этой группе по какому-то только одному ему известному критерию. При этом возраст и звание никакого отношения к делу не имели. Во время собеседования он представлялся каждому из нас под разными фамилиями, поэтому настоящее его имя нам неизвестно. В дальнейшем, когда группа была сформирована, генерал Субботин представил его нам под оперативным псевдонимом «Старик». За всё время нашего нахождения в бункере он ни разу сюда не спускался. Все последующие контакты с ним проходили в режиме видеоконференции. Такой режим работы продолжался до тех пор, пока не пришло сообщение о его трагической гибели. После этого инцидента работа по проекту была практически свёрнута. Мы приходили сюда к восьми утра, а в шесть вечера уходили домой. Я, как мог, корректировал нашу занятость, давал ребятам задания, но моих знаний и опыта для этого было недостаточно. Позавчера что-то произошло, и нам стало известно, что группу возглавите вы, и это нас очень обрадовало, поскольку присутствие такого яркого аналитика в нашей команде должно придать нашему расследованию новый импульс.
А вот и ваш кабинет, – сказал Кузьмин, останавливаясь у двери с табличкой «Томилин Н. П.». – Я подготовил для вас все необходимые документы и материалы, которые вы найдёте на своём рабочем столе. Там же вы найдёте пульт внутренней связи, по которому в любой момент сможете связаться с любым из нас, и подробную инструкцию о внутреннем распорядке. А теперь, с вашего позволения, я оставлю вас одного, чтобы не мешать вам входить в курс дела…
* * *
Оставшись один, Томилин переступил порог своего нового кабинета. Интерьер помещения был выполнен в стиле «техно» с элементами стекла и хромированной стали. Вдоль левой стены стоял широкий письменный стол с удобным кожаным креслом. Слева от него располагался большой мягкий диван с небольшим приставным журнальным столиком, а весь пол застилал пушистый ковёр серого цвета, придававший кабинету элемент уюта и гостеприимства. Вдоль всей правой стены размещались встроенные в стену книжные полки, на которых ровными рядами выстроились разноцветные пластиковые папки, обозначенные номерами. По всей видимости, это и были те самые пресловутые «Секретные материалы», с которыми ему предстояло познакомиться и изучить.
Материалы были разбиты на дела, которые стояли на отдельных полках. Первая папка каждого дела начиналась с аналитической записки автора-составителя, в которой он делал подробный анализ проработанного материала, а также список документов и материалов, которые легли в его основу. Во всём чувствовался педантичный порядок и высокий профессионализм. Сняв с полки папку с номером «Дело № 1/1», Николай Петрович обратил внимание на штамп в правом верхнем углу: «Совершенно секретно – экземпляр единственный». Перевернув обложку, он увидел пояснительную записку, в которой автор давал указания, как и в какой последовательности знакомиться с делами, а также излагал причину, которая сподвигла его к началу расследования этого странного и запутанного дела…

Глава 2. Секретные материалы

Одним из самых знаковых событий в светской жизни послевоенной Европы стала свадьба голливудской кинозвезды Грейс Келли и князя Монако Ренье III, которая состоялась 18 апреля 1956 года. История перевоплощения Золушки в царствующую принцессу взбудоражила умы всего населения планеты. Многим тогда казалось, что это был именно тот случай, когда можно было сказать: «Да, сказки действительно сбываются!». А поскольку невеста была не просто киноактриса, а обладательница «Оскара» за главную роль в фильме «Деревенская девчонка» в 1954 году, то американские продюсеры подошли к этому событию с голливудским размахом и написали сценарий свадьбы, который до настоящего момента ещё никто не превзошёл. Весь мир в апреле 1956 года стоял на ушах. Все мировые средства массовой информации только и говорили о ней, отбросив на второй план все другие мировые новости, которые не были связаны со свадьбой века. И только лишь один человек, случайно оказавшийся в гуще этих невероятных событий, сумел рассмотреть за фасадом этого свадебного маскарада истинную причину происходящего. Звали этого человека Мартынов Игорь Валентинович, он же советский разведчик-нелегал, действующий на территории Франции под псевдонимом Жан Поннель.
23 апреля 1956 года в 20 часов вечера у него состоялась встреча с его агентом, работавшим администратором во дворце Ласкари в Ницце. После получения информации он незамедлительно отправил в Центр донесение следующего содержания:
«По информации, полученной от агента «Софи», в ночь с 21 на 22 апреля во дворце Ласкари состоялось тайная встреча глав монархических династий Европы, Римского Папы Пия XII с вице-президентом США Ричардом Никсоном. На встрече обсуждался один единственный вопрос: возвращения христианской святыни, Копья Судьбы, царствующим дворам Европы. По заявлению вице-президента Никсона, химический анализ копья, который был проведён в 1946 году в металлургической лаборатории Чикагского университета, показал, что оно изготовлено во второй половине XVIII века. Таким образом, на протяжении последних двухсот лет христиане всего мира поклонялись искусной подделке, а царствующие дома Европы продолжали верить в миф, что в их руках находится «символ мирового господства».
Специально созданное подразделение ФБР, занимающееся исследованием Копья, пришло к заключению, что настоящее Копьё Судьбы находится на территории СССР. Учитывая это обстоятельство, вице-президент Никсон предложил присутствующим особам сделку от имени американского правительства: возвращение утерянного артефакта в обмен на размещение американского ядерного оружия на территориях европейских государств. Если это условие будет принято, американцы обещают подключить к поиску пропавшего Копья всю свою агентуру сеть на территории СССР и вложить в проведение операции до ста миллионов долларов.
23.04.56 г.
Зодиак»
Правда, дальше письменного стола начальника «Зодиака» в Москве, полковника Ничипоренко П. С., данная информация не пошла. Проведённое уже в наши дни служебное расследование показало, что через двое суток после получения донесения от «Зодиака» Ничипоренко скончался на своём рабочем месте от обширного инфаркта. Его преемник, полковник Меркулов С. Т., не уделив должного внимания документам своего предшественника, поспешил сдать все материалы в архив. В то же время никто из сотрудников аппарата внешней разведки не сопоставил факты, что через две недели после смерти Ничипоренко в автомобильной аварии погиб резидент Мартынов, а месяцем позже в море выловили тело агента «Софи», который пропал через два дня после их последней встречи.
«Что это, – подумал Томилин, – некомпетентность сотрудников разведки или служебная халатность? А если допустить, что Ничипоренко был кротом, которому приказали информацию наверх не передавать? Надо дать задание Кузьмину, чтобы поднял из архива личное дело Ничипоренко и покопался в нём более детально».
Перевернув очередную страницу, Николай Петрович увидел историческую справку о венском Копье Судьбы, подготовленную архивом ФСБ.

 

«…Создателем священного Копья является третий первосвященник Иудеи Финеес. Считается, что он собственноручно выковал этот клинок с использованием древних иудейских заклинаний, которые придали копью колдовскую магическую силу. С тех пор Финеес больше никогда не расставался со своим демоническим клинком. Помимо общественной деятельности, которая была его основной работой, он не брезговал проводить пытки заключённых, а также собственноручно приводил в исполнение смертные приговоры. Поэтому с самого начала своего создания Копьё было окроплено кровью многих сотен своих жертв. В то же время стали расползаться первые слухи, что всех своих политических и военных побед демонический первосвященник добился благодаря магической силе заколдованного копья, и многие возжелали заполучить его в свои руки.
После смерти Финееса копьё, как эстафетная палочка, стало переходить от одного владельца к другому. Самыми известными его обладателями были царь Саул, который покушался на будущего царя Давида, Ирод Великий и наконец римский легионер Гай Кассий, который проткнул им подреберье умершего на кресте Христа. В момент, когда кровь Спасителя обагрила заколдованный клинок, Копьё приобрело сверхъестественную силу.
О том, где находилось Святое Копьё в первом тысячелетии нашей эры, ходили разные слухи. Одни говорили, что оно всё время было на Ближнем Востоке, другие утверждали, что оно попало сначала в Константинополь, а оттуда перекочевало в руки представителей французской династии Меровингов, а затем снова в Иерусалим, но достоверных сведений об этом нет. Известно только, что настоящее Копьё Судьбы снова обозначилось на горизонте событий 14 июня 1098 года в Антиохии. Его появление подробно описал в своих летописях Раймунд Агильский.
«…Участнику Крестового похода, провансальскому крестьянину Петру Бартоломео несколько раз являлся Святой Андрей и указывал место, в котором было зарыто Копьё Судьбы. Он также требовал, чтобы об этом непременно было доложено Раймунду, графу Тулузскому. С горем пополам простолюдину Бартоломео удалось добиться графской аудиенции и сообщить вельможе место захоронения Копья. Как это ни странно, но ему поверили, и в том месте, которое он указал, действительно нашли Священное Копьё. С обретением священной реликвии дела у крестоносцев пошли в гору, они стали одерживать одну победу за другой и вскоре вступили в Иерусалим.
Однако среди крестоносцев нашлись завистники и скептики, которые стали распространять слухи, что якобы никакого священного Копья не существует, а Бартоломео обманщик и плут. И тогда к Бартоломео снова явился Святой Андрей, который предложил ему посрамить всех неверующих.
Бортоломео, исполненный негодования, сказал: «Я хочу и прошу, чтобы развели большой огонь, через который я пройду вместе с Господним Копьём. Если это Копьё Господа, то я выйду из огня целым и невредим. Если же это обман, то я сгорю…».
Все эти события происходили накануне Страстной пятницы, в апреле 1099 года в городе Арки. Свидетелями предложенного Бартоломео эксперимента стали 40 тысяч человек.
…Из сухих олив сделали костёр длиной в четыре метра и высотой в полтора. После того как пламя разгорелось, Бартоломео без малейшего страха ступил в огонь, неся перед собой Копьё, и вскоре невредимый вышел с другого конца кострища. При этом он не получил ни единого ожога, туника его осталась цела, а тончайшая ткань, в которую было завёрнуто Господне Копь, нисколько не пострадала…
По утверждению летописца Раймунда Агильского, он сам был очевидцем описанных событий и видел Чудо своими глазами. После произошедшего обезумевшая толпа бросилась к Бартоломео и буквально растерзала его на куски. Нашлись свидетели того происшествия, утверждавшие, что оторванные конечности несчастного крестьянина действительно исцеляли.
В 1273 году тамплиеры привезли Копьё в Европу, и после негласного договора между европейскими монархами оно было передано на вечное хранение в руки короля Германии Рудольфа IV, одного из потомков династии Габсбургов. После получения Священного Копья короля нарекли титулом Императора, и он принял новое имя – Рудольф I, – а его земли в честь такого события нарекли Священной Римской империей.
В 1805 году император Наполеон Бонапарт выигрывает сражение при Аустерлице и распоряжается, чтобы Копьё немедленно доставили ему. После обретения Копья он уверовал в свою непобедимость и в 1812 году вступает в войну с Россией. Однако фортуна отворачивается от корсиканца, и он терпит в этом походе поражение. В 1814 году объединённые войска входят в Париж и возвращают Священное Копьё на своё законное место, в Вену. С тех пор вплоть до марта 1938 года Копьё находилось в австрийской столице. После аннексии Австрии Германией Священное Копьё под усиленной охраной на бронепоезде доставляется в Нюрнберг, где помещается в церковь Святой Екатерины, в которой для него оборудуют специальный зал, «Мейстерзингеров». Там Копье находится до мая 1945 года, пока его не находят американцы. Впоследствии Копьё было возращено в Вену, где оно находится и поныне».

 

Томилин откинулся на спинку кресла и подумал, что он вляпался в какую-то нехорошую историю. У него никак не укладывалось в голове, что в то время, когда в мире с каждым днём осложняется международная обстановка, когда агенты всех разведок сигнализируют, что назревает серьёзный экономический и политический кризис, его, многоопытного сотрудника центрального аппарата, отрывают от важной работы и заставляют заниматься какой-то чепухой. Неужели руководство страны клюнуло на эту сказку о Копье Судьбы? Они там что, белены все объелись? Или дело обстоит ещё хуже, и его завуалированно попросили провести экспертизу работы погибшего предшественника, который навесил всем лапшу на уши?
«Ладно, – подумал он. – Пока я не прочту все эти «Секретные материалы», я не смогу понять, где тут собака зарыта. Так что хочешь не хочешь, а надо вникать в проблему». С этими мыслями он положил перед собой следующий папку и с головой ушёл в работу.
* * *
Если читатель думает, что глобальные проблемы современного мира возникли только сейчас и сегодня, то он будет крайне удивлён, узнав о том, что корни проблем современности берут своё начало в середине четырнадцатого века. И связано это в первую очередь с образованием неких тайных обществ, чьим изучением мы сейчас и займёмся. Именно тогда, в середине второго тысячелетия новой эры, начали пускать свои корни первые тайные общества, образовавшие в последующем многоуровневую пирамиду, на вершине которой обосновались иерархи оккультизма и чёрной магии – иллюминаты. Вот небольшая историческая справка:

 

«…История иллюминатов неразрывно связана с историей масонства. Существует несколько предположений, связанных с возникновением этого ордена. Самая распространённая легенда гласит о том, что когда-то царь Соломон поручил архитектору Хираму построить в Иерусалиме храм. Для ускорения процесса строительства Хирам разделил всех работников на три группы, а чтобы никто не запутался в этом нововведении, он установил своеобразные знаки различия (эмблемы, слова и прикосновения), которыми строители из разных подгрупп должны были приветствовать друг друга. Отсюда и берёт своё начало градация рангов современного масонства.
Другая версия утверждает, что масонство возникло на остатках ордена Тамплиеров, разгромленного в октябре 1308 года французским королём Филипом IV. Те, кто избежал участи быть казнёнными Святой инквизицией, перебрались в Шотландию, где организовали тайные организации, ставшие впоследствии прародителями будущего масонства. В середине пятнадцатого века появляются первые высшие посвящённые нового братства, называющие себя «Братство змеи». В основе древне-библейского слова «змея» лежит корень «Nhsh» (нэхэш), который означает «расшифровывать, открывать». Латинский перевод этого корня звучит как «illuminare», что означает «просвещать, узнавать, знать». Таким образом, иллюминаты на сегодняшний день представляют собой высшую «партийную» прослойку масонства, которая именует себя «мировым правительством». Соответственно, правителям такого ранга потребовался и соответствующий символ власти, и таким символом было выбрано Копьё Судьбы, обладающее сверхъестественной силой. Предание гласит, что тот, кто владеет Копьём, владеет всем миром. Однако существует одна маленькая особенность, замеченная за данным артефактом. Мало того, что священным Копьём надо владеть физически, надо, чтобы само Копьё изъявило желание «сотрудничества» с таким человеком. Нечто подобное в истории уже было, когда из всех европейских монархов Копьё Судьбы откликнулось только на прикосновения короля Германии Рудольфа IV, основателя династии Габсбургов. В ознаменование этого события в 1274 году Тамплиеры передали Копьё в его руки, а все европейские монархи того периода признали его пожизненное право на владение этим сокровищем…»

 

Со временем эта история стала забываться, Копьё Судьбы больше никак себя не проявляло, и по прошествии нескольких веков оно превратилось в экземпляр старинного раритетного оружия, хранившегося в спальне короля Священной римской империи. Жизнь текла своим чередом, никто больше не вспоминал о том, что данный предмет призван олицетворять власть и могущество правителя мира. Первым человеком, который вспомнил о скрытой в Копье сверхъестественной силе, был никто иной, как Наполеон Бонапарт, который решил воспользоваться им для удовлетворения своих тщеславных амбиций. Однако Копьё императору не помогло, он был разбит, сослан на далёкий остров в Атлантическом океане, где бесславно скончался в возрасте 51 года. Правда, последствия его разрушительного правления ещё долго вспоминались и аукались европейцам. И в первую очередь это был голод, охвативший Европу в середине двадцатых годов девятнадцатого века…

 

С этого момента мы переведём наши исследования из исторической плоскости в плоскость экономики.
Наша современная цивилизация существует только благодаря тому, что все люди в ней связаны между собой экономическими взаимоотношениями. Экономика является тем стержнем, вокруг которого по спирали времени вертится история человечества со всеми её производными. Надо сказать, что экономика, это не какое-то там бесформенное аморфное образование, а наоборот живой и динамично развивающийся организм, включающий в себя три составных части: финансы, политику и власть. И всё это так тесно завязано в один клубок, что просто не может существовать одно без другого. А поскольку в современном мире главным претендентом на роль мирового лидера являются Соединённые Штаты Америки, то мы на их примере и будем строить наше дальнейшее исследование. И первое, с чего мы начнём, будет финансовая система США.

 

Финансовой резервной системе США уже более двухсот лет. Первым финансовым учреждением такого рода стал «First Bank of the United States», учреждённый в 1791 году. Размещался он во временной тогда столице США, Филадельфии, и предназначался для решения проблемы внешнего долга страны, возникшего во времена борьбы за независимость. Инициатором образования этого банка был известный политик и масон Александр Гамильтон, а главной задачей банка было создание национальной валюты. Главным инвестором «First Bank» стало государство, но большинство его активов принадлежало частным лицам, которые делали с ними всё, что хотели. И по этой причине в 1811 году Конгресс США не продлил банку лицензию.
Однако закрытие банка не решило главной задачи, стоящей перед государством, а именно наведение порядка в финансовом секторе экономики. По этой причине в 1816 году создаётся «Second Bank of the United States». В американской истории этот банк оставил о себе скандальную репутацию, в большей степени из-за того, что выдавал кредиты, которые не возвращались. В результате такой работы банка вся финансовая система США пришла в состояние хаоса.
Неизвестно, чем бы всё это закончилось, если бы не та экономическая ситуация, в которой оказалась Европа. Как вы знаете из истории, на первых порах своего существования США были аграрной страной, которая только и делала, что сеяла, жала и убирала урожай. А поскольку плодородные земли новоиспечённых американцев давали превосходные урожаи, то фермеры просто не знали, что им делать с перепроизводством зерна.
А в Европе, в которой только что закончилась большая кровопролитная война, начался голод. Глядя на это, сообразительные американцы поняли, что на последствиях войны можно неплохо заработать, и повезли в Европу зерно, а обратно в США золото. Это стало отправной точкой во всей последующей финансовой политике США.
В 1886 году группа удачливых миллионеров, таких как Асторы, Вандербильты, Морганы, Пулитцеры, Гулды и другие, покупают остров Джекил, расположенный у побережья штата Джорджия, и устраивают на нём элитарный клуб. Он-то и становится тем местом, где зародилась идея создания Федеральной Резервной Системы США. Но прошли ещё долгих двадцать семь лет, прежде чем 23 декабря 1913 года Президент США Вудро Вильсон подписал Закон о Федеральной Резервной Системе (ФРС).
Как мы знаем, любая организация создаётся под конкретные цели и задачи, следовательно, к концу 1913 года у США уже существовал план по созданию мировой финансовой системы, подконтрольной ФРС, и оставалось только запустить механизм его реализации.
И таким пусковым механизмом стал роковой выстрел, прозвучавший 28 июня 1914 года в Сараево, в результате которого был убит последний отпрыск династии Габсбургов, эрцгерцог Франс Фердинанд, что послужило поводом для начала первой мировой войны.
В результате этой войны прекратили своё существование четыре империи: Российская, Австро-Венгерская, Османская и Германская. Погибли 10 миллионов солдат, более 12 миллионов мирных жителей, 55 миллионов человек было ранено и покалечено. И все эти жертвы были принесены на алтарь войны ради одной единственной цели: получения единоличного права на мировое господство. А поскольку идти на такое крупное дело без надёжного козыря в руках американцам было не с руки, вот тогда-то им и потребовался символ мирового господства – Копьё Судьбы!
Для организации убийства наследника престола была подготовлена специальная боевая группа в количестве шести человек. Группа курировалась террористической организацией «Чёрная рука» под руководством сербских офицеров. Мало кто знал тогда, а ещё меньше знает сейчас, что все эти люди были простыми пешками в большой и замысловатой игре иллюминатов.
Пока весь мир приходил в себя от жестокого убийства в Сараево, в венском дворце Шёнбрунн с 30 июня по 2 июля 1914 года проходила внеочередная ревизия. Засланный из-за океана десант «чернокнижников» всех мастей старательно изучал предоставленный им артефакт. Изучали дотошно, вдоль и поперёк, с использованием самых передовых методов того времени, и в конце концов сделали заключение: «Предоставленный экземпляр Копья является высокохудожественной подделкой»!
Когда эта шокирующая весть долетела до иллюминатов, их негодованию не было предела. Для выяснения местонахождения настоящего Копья был проведён допрос с пристрастием его хранителя с использованием средневековых пыток, в результате которых он сломался и выдал главную династическую тайну Габсбургов. Он поведал, что истинное Копьё Судьбы было украдено из спальни императора Карла VI в средине XVIII века, а всё это время королевская семья умело скрывала от своих европейских союзников факт утраты священной реликвии, переданной им на вечное хранение. По мнению хранителя, следы Копья могут вести на территорию России, возможно, в царскую сокровищницу Николая II. Как только эта информация была получена за океаном, сразу же была дана отмашка на начало боевых действий в Европе, и 4 августа 1914 года загрохотали пушки…
А пока в Европе набирала обороты начавшаяся война, иллюминаты подготавливали план по захвату власти в России. В основе этого плана лежало использование политической организации РСДРП (Российская социал-демократическая рабочая партия), руководимой Владимиром Ульяновым (Лениным). Правда, за океаном понимали, что Ульянов просто так на сотрудничество не пойдёт, и его надо будет на чём-то скомпрометировать или предложить большие деньги, от которых он не сможет отказаться. Поскольку с женщинами у Ильича были особые отношения, и жена Ленина, Надежда Крупская, смотрела на любовные похождениям своего мужа с Инессой Арманд сквозь пальцы, решили остановиться на его подкупе. Вот как описывает этот момент в своей книге «Досье без ретуши» С. А. Арутюнов.

 

«…Конспиративные связи Ленина с австрийскими и немецкими спецслужбами сложились не сразу, хотя он по своим политическим взглядам, германофильству, откровенной неприязнью к российскому государству и его народу давно приглянулся вильгельмовским политикам и руководителям внешней разведки Германии. Кайзеровская Германия, готовясь к большой войне, была глубоко заинтересована в создании в самой мощной державе Антанты, России, пятой колоны, в задачу которой входил подрыв военно-экономической мощи государства. Эту же задачу ставил перед собой и Ленин. Совершенно естественно, что, подрывая и разрушая мощь российского государства, дезорганизуя армию и тыл, он тем самым облегчал узурпацию власти в России. Однако весьма осторожный Ульянов, хоть и понимал, какие материальные выгоды обещает сотрудничество с немецкими властями, но вплоть до лета 1914 года всячески избегал прямого контакта с ними, предпочитая действовать через соратников, занимающих вторые роли в партийной иерархии. И тем не менее германская разведка не теряла надежды, что им всё же удастся затащить вождя в своё логово, и вместе с австрийским разведцентром стали готовить надёжную ловушку, из которой Ленин был бы не в состоянии выбраться.
Должен сказать, что почва для вербовки Ленина германской разведкой к этому времени уже была подготовлена. Об этом свидетельствуют документы, сохранившиеся в «секретном фонде» В. И. Ленина в бывшем архиве Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. В первую очередь это «Сводка Российской контрразведки», состоящая из шести неполных страниц. Но значение содержащихся в ней данных трудно переоценить. Они чрезвычайно важны для установления истины самых драматических и трагических событий в истории России и доказательства предательской деятельности Ленина и его сообщников в пользу кайзеровской Германии.
Так, из перехваченной русской контрразведкой секретной шифровки (документ № 12) узнаём, что ещё в самом начале 1914 года по указанию немецких властей в Стокгольме была открыта «Банковская контора Фюрстенберга (Я. С. Ганецкого) как предприятие, поддерживающее оживлённые отношения с Россией».
Несомненно, что назначение члена ЦК РСДРП большевика Ганецкого руководителем немецкой банковской конторы было сделано с одобрения Ленина. А о том, что она была открыта исключительно для материального обеспечения пятой колонны, занимающейся подрывной деятельностью в пользу кайзеровской Германии, свидетельствует приведённый ниже документ, также перехваченный Российской контрразведкой.
Циркуляр

23 февраля 1915 года

Отдел печати при Министерстве иностранных дел Германии.

«Всем послам, посланникам и консульским чинам в нейтральных странах. Довожу до вашего сведения, что на территории стран, в которой Вы аккредитованы, основаны специальные конторы для организации дела пропаганды с государствами, воюющими с Германией. Пропаганда коснётся возбуждения социальных движений, забастовок, революционных вспышек, сепаратизма составных частей государств, гражданской войны, агитации к разоружению и прекращению кровавой бойни. Предлагаю Вам оказывать содействие и всемерное покровительство руководителям означенных контор».
Бартельм
Приведённый выше документ убедительно доказывает, что вождь большевиков и его соратники, встав на путь измены родине, являются платными агентами германских спецслужб.

 

…19 июля 1914 года Германия объявила России войну. Чуть позже на стороне Антанты в неё вступили Великобритания, Франция и Япония. В этот же день на хуторе Новый Дунаец близ австровенгерской (исторически польской) деревни Поронин на квартире у Ленина собираются большевики. На повестке дня был поставлен один единственный вопрос – что делать в создавшемся положении? Ленин подчёркивает необходимость разработки новых способов и форм партийной работы в условиях войны. Забегая несколько вперёд, скажу, что эти формы и способы он изложил от имени группы совещавшихся большевиков в конце августа в резолюции, озаглавленной «Задачи революционной социал-демократии в европейской войне» (Ленин В. И. ПСС т. 26. ст. 6).
Однако спустя шесть дней после совещания, 25 июля, на его квартире по указанию австрийских властей жандармами был проведён обыск. Следует отметить, что из всех участников сходки обыск был проведён только на квартире Ленина, остальные большевики их не интересовали. При обыске, кроме подозрительной литературы и рукописных работ, жандармский вахмистр обнаружил в вещах Ленина браунинг. Оружие, найденное у подданного России, с которой Австро-Венгрия ведёт войну… Естественно, об этом факте вахмистр доложил руководству. 26 июля Ленин по требованию жандармерии приезжает в уездный город Галиции, Новый Тарг, где его арестовывают и заключают в тюрьму. Но 6 августа Ленина неожиданно освобождают и дело прекращают якобы за отсутствием основания для возбуждения судебного следствия. Между тем, одного факта незаконного хранения оружия было вполне достаточно, чтобы осудить Ленина по законам военного времени. В телеграмме, отправленной из Вены в Новый Тарг 6 августа в 9 час. 50 мин. за подписью военного прокурора Австрии, говорилось: «Ульянов Владимир подлежит немедленному освобождению».
Обращает на себя внимание тот факт, что Ленину возвращают все бумаги, в которых содержались откровенные выпады против Германии и её правительства, и, более того, вместе с семьёй (жена, тёща) разрешают выехать из Поронина в Швейцарию с остановкой в Кракове и Вене. Кстати, разрешение на проезд из Поронина в Швейцарию Ленин получает 13 августа, а приезжает в Берн 23 августа. В биохронике Ленина нет указаний, где он находился целых 10 дней и чем в это время занимался. Видимо, документы по этому сюжету в архиве Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС были под особым контролем. И, тем не менее, по оплошности составителей просочились интересные материалы, позволившие вместе с другими архивными документами распутать клубок, раскрывающий тёмные стороны его биографии.
Так, например, в письме Ленина, отправленном из Берна через Швецию сестре Анне 14 сентября 1914 года, то есть спустя девять дней после его переезда из Галиции в Швейцарию, находим любопытную запись: «…В деньгах я не нуждаюсь. Пленение моё было совсем коротким, 12 дней всего, и очень скоро я получил особые льготы». (Ленин В. И. ПСС. т 55. ст. 355). Какие льготы, за какие заслуги и от кого, Ленин не сообщает…
Однако самым пикантным в деле освобождения Ленина из тюрьмы является то, что он был отпущен из-под стражи раньше (по приказу сверху), чем органы дознания «убедились» (?) в его невиновности. Судите сами: 6 августа Ленина освобождают из тюрьмы, и лишь только 9 сентября Королевский комендант в Кракове «распорядился об отмене обвинения против Владимира Ульянова, т. к. он не нашёл (?) оснований для ведения судебного разбирательства». Остаётся добавить: когда комендант Кракова давал это распоряжение, то Ленин вместе с семьёй к этому времени целых 17 дней уже жил в Берне. Можно с уверенностью сказать, что именно в период 12-дневного пребывания Ленина в тюрьме он был завербован австро-германской разведкой, став резидентом германского Генштаба.
Есть ещё одна любопытная деталь, связанная с переездом Ленина и членов его семьи из Поронина в Швейцарию. Политического эмигранта, подданного России, выпущенного из австрийской тюрьмы, швейцарская полиция впустила в страну без въездного паспорта. При этом следует учесть, что вместе с ним ехали также без въездного паспорта его жена и тёща. Но самым пикантной деталью в этом деле является то, что паролем для беспрепятственного въезда трёх российских граждан в Цюрих послужило упоминание имени «социал-шовиниста», «агента швейцарского буржуазного правительства» Германа Грейлиха (эти ярлыки навешаны на него Лениным). Поразительный факт!..»
* * *
Подрывная работа партии большевиков в России к началу 1917 года принесла определённые плоды, и появились реальные предпосылки того, что в скором времени ситуацию можно будет раскачать до такой степени, что монархический режим династии Романовых может быть свергнут. В целях недопущения каких-либо проколов иллюминаты решают подстраховаться и помимо основного игрока, каковым являлся Ленин, вводят в игру его дублёра. Их выбор пал на Льва Давидовича Бронштейна, известного нам больше под псевдонимом Троцкий.
13 января 1917 года Лев Троцкий прибывает в Америку, где для него организовывают конфиденциальную встречу с президентом США Вудро Вильсоном. На этой встрече Лев Давидович получает из рук президента паспорт гражданина США с американским гражданством, к которому прилагалась виза на въезд в Россию. Помимо указанных документов, Троцкий также получил от американцев 20 миллионов долларов (по курсу 2010 года) для подкупа нужных ему людей и группу боевиков в количестве 200 человек, которых специально подготовили для данной операции на секретной базе рокфеллеровской компании «Standard Oil Company» в Нью-Джерси. Как только до американских берегов долетает весть, что в России произошла февральская революция и царь отрёкся от престола, команде Троцкого даётся приказ на срочное отплытие в Россию. Зафрахтованный для этих целей пароход «Кристианиафиорд» отплывает из Нью-Йоркского морского порта вечером 2 апреля 1917 года, но уже через сутки, 3 апреля, судно задерживается в порту Галифакс канадскими государственными службами за незаконную перевозку оружия. Троцкого вместе с семьёй помещают в тюрьму, а затем по указанию британских властей переводят в концентрационный лагерь. Для разрешения этой конфликтной ситуации потребовалось личное вмешательство президента США Вудро Вильсона, после чего пароход продолжил свой путь через Атлантику. Однако драгоценное время было упущено.
Оставив своих боевиков в Финляндии, Лев Давыдович 4 мая 1917 года прибывает в Петроград и сразу устремляется на встречу с Лениным, который прибыл туда ранее.
По имеющимся сведениям, Ленин прибыл в Петроград 16 апреля в так называемом «опломбированном вагоне» через территорию воюющей с Россией Германии с «группой товарищей» из 32 человек и двумя офицерами Генерального Штаба Германии: капитаном фон Планецем и лейтенантом фон Бурингом, приставленным к Ильичу для координации совместных действий.
На этой встрече Троцкий делает Владимиру Ильичу предложение, от которого тот не смог отказаться. Троцкий предложил Ленину сделку стоимостью в 20 миллионов долларов США в обмен на своё участие в революции на правах ближайшего сподвижника вождя и передачу американцам старинного артефакта, известного под названием «Копьё Судьбы». После того, как упомянутая сумма была передана в «партийную кассу», Троцкого немедленно вводят в состав Центрального комитета РСДРП с правом голоса (!).
Вот так за американские деньги гражданин США, Лев Давыдович Бронштейн, купил себе место в верхушке большевицкой партии, и именно с этого момента начинается отсчёт времени по свержению законно избранной демократической власти в России.
Путём прямого подкупа и агитации среди колеблющейся части населения большевики создают боевые группы, цель которых – организация массовых беспорядков в столице. Так вот, так называемое «июльское восстание», которое произошло в Петрограде с 3 по 5 июля 1917 года, было организовано именно этими группировками и за эти американские деньги. Однако раскачать ситуацию до такой степени, при которой власть потеряла бы нити государственного управления, не получилось, и заговорщикам пришлось ретироваться восвояси…
Вот выписка из материалов Особой следственной комиссии:
«…10 июля 1917 г. высокопрофессиональный следователь по уголовным делам Александров П. А. получил предписание прокурора Петроградской окружной судебной палаты Карийского Н. С. приступить «к производству следствия о восстании 3–5 июля с. г. по признакам преступления, предусмотренного 100 и 108 статьями Уголовного уложения». В этот же день Александров подписал судебное постановление о начале предварительного следствия, в котором июльские события уже квалифицируются как «вооружённое восстание». А 21 июля 1917 г. появилось постановление по первым итогам расследования, носившим явно обвинительный характер и изобиловавшим выражениями типа «восстание», «мятеж», «преступные действия» и т. д. В постановлении были названы 13 обвиняемых: В. И. Ленин, Г. Е. Зиновьев, Л. Д. Троцкий, А. В. Луначарский, А. М. Коллонтай, М. Ю. Козловский, Ф. Ф. Раскольников, С. Г. Рошаль, Я. С. Ганецкий и др. Всех этих политических деятелей было решено привлечь к суду по обвинению в том, что они вошли в соглашение с агентами вражеских государств в целях дезорганизации армии и тыла, получали из-за рубежа денежные средства для пропаганды среди населения и войск идеи «отказа от военных действий против неприятеля…»
Чтобы не попасть под следственные действия, все организаторы июльских беспорядков разбежались, как крысы по углам. Так, например, Ленин с Зиновьевым отправились на природу, в Разлив, где Ильич, сидя в шалаше, засел за написание «Июльских тезисов», Троцкий укатил в Финляндию к своим боевикам, а остальные члены ЦК отсиживались по подвалам.
С точки зрения аналитики сегодняшнего дня, «Июльские тезисы» Ленина являются ничем иным, как открытым письмом партии большевиков иллюминатам. В них Ильич открытым текстом «семафорит» своим заокеанским спонсорам, что захватить власть с наскока не получилось, и если они не хотят потерять свои деньги окончательно, они просто обязаны оказать военную помощь извне.
Ильича за океаном услышали и такую помощь оказали. Вечером 25 октября 1917 г. в 18 часов 30 минут на Финляндский вокзал Петрограда прибыл специальный литерный поезд из Финляндии, в котором приехали те самые рокфеллеровские боевики, переодетые в форму моряков Балтийского флота. Пока Ленин с трибуны Смольного призывал своих коллег к организации вооружённого восстания, эта группа наёмников под руководством Троцкого рассредоточилась по заранее обозначенным позициям. После того, как в 19 часов комиссар Петроградской временной революционной комиссии Григорий Чудновский предъявил Временному правительству ультиматум, «революция» вступила в свою завершающую фазу. В 21 час с крейсера «Аврора» раздался условный сигнальный выстрел, и 200 американских наёмников в течение 30 минут захватили Зимний дворец, связав там оставшихся членов Временного Правительства. В 21 час 45 минут тот же Чудновский вместе с В. А. Антоном-Овсеенко пришли во дворец за ответом о капитуляции и без единого выстрела арестовали уже связанных там людей, которых без лишнего шума препроводили в Петропавловскую крепость. А на следующее утро весь мир узнал о том, что в России свершилась Великая Октябрьская социалистическая революция…
Но свершившаяся революция для наших героев ещё не повод для ликования, поскольку основная задача, поставленная перед ними иллюминатами, не выполнена.
Надо сказать, что об истинной цели революции в России и той роли, которую играли в ней Ленин и Троцкий, знал ещё один человек, которого звали Карл Радек. Об этом парне нам тоже следует сказать несколько слов, поскольку он играет в нашей истории особую и далеко не последнюю роль.
Настоящее имя Карла Радека Кароль Собельсон, он родился 31 октября 1885 года в городе Лемберг (ныне Львов, Украина) в еврейской семье. Начиная с 1902 года Радек пытается определиться со своей политической ориентацией, поэтому он вступает то в одну, то в другую парию, но нигде не находит того, что бы его зацепило по-настоящему. Он много путешествует по Европе, легко сходится с людьми, но с началом войны 1914 года оседает в Швейцарии, где близко сходится с Лениным, которого совсем недавно завербовала немецкая разведка. Эта встреча была отнюдь не случайной. В Швейцарию Радек прибыл из Сараево, где только что произошло убийство эрцгерцога Франса Фердинанда. К этому убийству он имеет самое непосредственное отношение, поскольку именно под его руководством был разработан план нападения на наследного принца, и именно он, а не кто-то другой, консультировал группу убийц накануне покушения. Надо сказать, что Радек и Троцкий были завербованы иллюминатами уже давно, ещё в те годы, когда они по молодости, как угорелые, носились по всей Европе в роли журналистов. На чём их тогда взяли иллюминаты, история умалчивает, но клятву, данную ими при вступлении в члены ордена, они не нарушили до конца своих дней и многие тайны унесли с собой в могилу.
Именно Радеку Троцкий и Ленин поручают организацию поиск интересующего их артефакта и для этой миссии наделяют его особыми, я бы даже сказал, исключительными полномочиями. Однако Копья Судьбы в Петрограде найти не удалось. Не было его в Зимнем, не было в Москве, не было его и у царской семьи, которая к этому времени уже находилась в Тобольске. А западные «друзья» не унимаются и твердят ежедневно в своих секретных телеграммах только одно: «Где Копьё и когда вы его нам передадите?».
Для уточнения положения дел с поиском Копья в декабре 1917 года в Петроград прибывает посол США Френсис. Посол с удивлением обнаруживает, что вместо того, чтобы искать артефакт, Ленин чуть ли не в обнимку братается с немцами, которых к тому времени в Смольном было больше, чем самих большевиков. Он пишет об этом в своём донесении президенту США Вильсону, который от этой новости приходит в бешенство. Ситуация накалилась настолько, что Ленин вынужден отправить Радека для переговоров с особым представителем ордена в Стокгольм. Вскоре оттуда приходит рекомендация: «Провести поиски Святого Копья в закромах русской православной церкви». И буквально через день, 5 февраля 1918 года, на свет появляется Декрет Совета Народных Комиссаров Российской Республики об отделении церкви от государства. Декрет лишал религиозные организации каких-либо прав собственности и прав юридического лица. И уже с 6 февраля начался процесс изъятия церковных ценностей. Параллельно с этим арестовывается высшее духовенство, которое попадает в жернова красного террора. Специально подобранные Радеком сотрудники ВЧК пытаются получить у священнослужителей информацию о месте нахождения Копья, но они все как один молчат даже под страшными пытками и угрозами расстрела…
Успел, поучаствовал в этих изъятиях и небезызвестный нам Яков Михайлович Свердлов, в ту пору председатель ВЦИК Советов рабочих и солдатских депутатов, которому Ленин поручил подготовить пути аварийной эвакуации.
27 июля 1935 года специально созданная комиссия вскроет его опечатанный сейф и обнаружит в нём:
1. Золотых монет царской чеканки на сумму 108 525 рублей;
2. Золотых изделий, многие из которых с драгоценными камнями, – 705 предметов;
3. Семь чистых бланков паспортов царского образца;
4. Семь паспортов, заполненных на имена Свердлова Якова Михайловича, Гуревич Цецилии-Ольги, Григорьевой Екатерины Сергеевны, княгини Барятинской Елены Михайловны, Ползикова Сергея Константиновича, Романюк Анны Павловны, Клёночкина Ивана Григорьевича;
5. Годичный паспорт на имя Горена Адама Антоновича;
6. Немецкий паспорт на имя Сталь Елены;
7. Царские кредитные билеты на 750 000 рублей.
Вот так группа товарищей, называющая себя большевиками, под руководством Владимира Ленина начала зачистку огромной страны, доставшейся им в результате мирового заговора иллюминатов из-за какого-то там «куска ржавого металла».
Шли дни, недели, месяцы, годы после позорного октябрьского переворота 1917 года. За это время закончилась первая мировая война, итогом которой стал новый расклад сил на политической карте мира. Рассыпались, как карточные домики, четыре империи, образовались новые государства. В Советской России умер Ленин, а к власти пришёл ещё никому не известный Иосиф Сталин, который не был связан с бывшими покровителями Ильича никакими обязательствами, и начал вести свою независимую внутреннюю и внешнюю политику. В правление ордена тоже пришли новые магистры, которые уже не верили в старые бабушкины сказки о священном Копье, а верили только в то, что их будущее по захвату мирового пространства связано с построением новой мировой финансовой системы.
И на какое-то время мир пришёл в состояние хрупкого равновесия…»

 

В этот момент в дверь постучали, и Томилину пришлось прервать своё чтение.
– Кто там?
В дверях показалась голова Кузьмина.
– А, это ты, Владимир, заходи. Что-нибудь случилось?
– Нет, ничего. Только вы уже четыре дня не появляетесь в кают-компании, и мы начали волноваться. Если вы не возражаете, мы приглашаем вас на чашечку вечернего чая.
При этих словах Николай Петрович провёл ладонью по подбородку и ощутил под своими руками солидную щетину.
– Хорошо, Володя, – ответил он, поднимаясь с кресла, понимая, что надо сделать небольшой перерыв в работе. – Я буду готов через десять минут.
* * *
Через десять минут Томилин появился в кают-компании с видом человека, вышедшего только что из салона. Он был чисто выбрит, от него пахло приятным парфюмом, и всем своим видом он походил на человека, побывавшего на курорте. Это не осталось незамеченным его подчинёнными, которые моментально сделали для себя вывод, что им тоже надлежит являться в кают-компанию не в мятых джинсах и майках, а как того требует этикет, в соответствующей одежде.
Сначала разговор пошёл обо всём на свете, но постепенно он сместился в сторону «проекта», над которым они работали. Молодых ребят в первую очередь интересовало мнение их старшего товарища об этом «Деле» и его видение перспектив дальнейшего расследования.
Отвечая на вопрос Добрынина об отношении к религии, Томилин произнёс:
– Моё отношение к религии абсолютно нейтральное. Я сквозь пальцы смотрю на то, что мои родственники, друзья и знакомые ходят в церковь, совершают там какие-то религиозные обряды, читают молитвы, крестятся. Если это занятие позволяет им расслабить свою психику, прийти к внутренней гармонии и счастью, то на здоровье, как говорится, с Богом. Однако мне этого не надо, поэтому с этой точки зрения я склонен считать себя атеистом.
В разговор вмешался Степан Соболев:
– Николай Петрович, а каково ваше мнение относительно Копья, которое нам поручили найти? Вы верите во всё это?
– Я бы не хотел сейчас переводить наш разговор в плоскость вопросов и ответов. Единственное, что я могу сейчас сказать – для того, чтобы во всем этом разобраться, мне будет нужно время и ваша помощь, – после этих слов Томилин сделал секундную паузу и продолжил. – Поэтому я бы хотел вернуться в нашем разговоре к моему предшественнику, которого Владимир назвал «Стариком». Меня интересует сейчас всё, что вы запомнили во время общения с ним. Его рост, вес, цвет глаз, особые приметы, манеру поведения, короче, всё, на чём вы акцентировали своё внимание во время разговора с ним. Начнём с Кузьмина, а остальные в процессе разговора дополнят его.
Владимир собрался с мыслями и начал своё описание «Старика».
– Я видел его только один раз, когда после тестов меня пригласили на отборочное собеседование. На вид ему можно было дать лет семьдесят, возможно, даже семьдесят пять. У него на лице уже появились такие старческие пигментные пятна, которые обычно присущи людям преклонного возраста. Из беседы с ним мне стало сразу ясно, что русский не его родной язык, поскольку в его артикуляции присутствовало много фонетических неточностей, присущих англосаксам. С большей долей вероятности могу сказать, что он американец.
Не смотря на то, что «Старик» всё время сидел за столом, я думаю, что его рост не превышал ста семидесяти сантиметров. У него не было лысины и больших залысин. Для его возраста он обладал ещё приличной шевелюрой.
Я думаю, что наш куратор ранее занимал высокую должность, поскольку в его манере разговора постоянно проскакивали жёсткие и властные интонации. Когда во время собеседования я, не дослушав его, попытался высказать свою точку зрения, то был моментально остановлен с прочтением назидательной нотации о том, как надо вести себя в разговоре со старшими. В общем, для меня он был сложным человеком.
И ещё во время нашего общения «Старик» как-то уж театрально, наигранно жестикулировал руками. Они постоянно были у него в движении. Не знаю почему, но мне показалось, что он делал это специально. Правда я на эту его провокацию не поддался и старался всё время смотреть ему в глаза. Думаю, он понял, что я раскусил его, но вида при этом не подал.
– И ещё, – вмешался в разговор Соболев, – «Старик» во время разговора делал размеренные паузы. Они чередовались так: секундная пауза после каждого пятого слова, затем проговаривались семь слов, после которых была пауза в две секунды. Дело в том, что он тогда ещё не знал о моей феноменальной способности считать не только произнесённые собеседником слова, но и количество произнесённых звуков. А так со стороны это был, вроде бы, простой разговор собеседников.
– Ну, а что нам скажет Виктор? – поинтересовался, Томилин, поворачиваясь к Добрынину.
– Я полностью соглашусь с тем, что сказали сейчас Владимир и Степан. От себя добавлю только то, что «Старик» во время разговора с каждым из нас пытался использовать гипноз. Если раньше я считал, что мне это только одному показалось, то сейчас, когда я услышал замечания ребят, мои подозрения переросли в уверенность. Для чего он это делал, остаётся для меня загадкой.
После этих слов Томилин как-то по-особому посмотрел на своих подчинённых, произнося фразу:
– А вы совсем не такие простачки, какими кажетесь на первый взгляд. Теперь я знаю точно, что мы с вами сработаемся!
* * *
На следующее утро Николай Петрович запросил аудиенцию у Субботина. В 9 часов утра он в сопровождении начальника службы безопасности Славина вошёл в кабинет генерала. Сегодня генерал был в другом костюме, но он был по-прежнему элегантен и учтив.
После короткого приветствия, когда они остались наедине, Субботин спросил:
– Что-нибудь случилось, Николай Петрович? – он жестом указал Томилину на кресло напротив себя. – Выкладывайте, с чем пришли.
– Геннадий Николаевич! Во время нашего первого разговора вы сказали, что я могу получать любую информацию, которую сочту нужной. Так вот, мне нужно ознакомиться с личным делом моего предшественника и материалами расследования его гибели.
– Для чего вам это понадобилось?
– Мне надо знать об этом человеке всё для того, чтобы понять ход его мыслей, которые привели его в конечном счёте к разработке операции «Артефакт». За последние несколько дней я ознакомился с частью предоставленного мне материала, который на меня большого впечатления не произвёл. Я оцениваю эти документы как научно-исследовательскую работу по истории, достойную, может быть, кандидатской или докторской диссертации, но не более того. Для работы мне нужны совсем другие, более весомые факты и доказательства, а не ссылки на какие-то средневековые документы…
– Вы закончили, Николай Петрович? – учтиво поинтересовался Субботин.
– Да.
– В таком случае я вынужден оставить вас на минуту, чтобы связаться с Директором и получить у него разрешение на передачу вам этих материалов.
Генерал вышел в соседнюю комнату, но уже через минуту вернулся и сел на своё место.
– Пока везут личное дело и материалы расследования его гибели, я покажу вам фотографию этого человека.
После этих слов он вынул из нагрудного кармана пиджака фотографию размером 9×12 сантиметров и передал её обратной стороной в руки Томилина.
При виде лица «Старика» у Николая Петровича где-то глубоко в голове щёлкнул «профессиональный тумблер», и он неуверенно произнёс вслух:
– Он очень похож на погибшего в 2010 году сенатора США Теда Стивенса.
– Вы правы, Николай Петрович, наш «Старик» и Тед Стивенс это одно и то же лицо. Именно этим обстоятельством была обусловлена повышенная секретность вокруг этого человека. Стивенсон был завербован нашей разведкой в 1947 году, когда учился в Калифорнийском университете. У нас он числился под оперативным псевдонимом «Янус», являлся нашим самым успешным агентом, работающим на территории штатов. После окончания последнего срока в сенате он неожиданно для всех нас заявил о своём желании перебраться в Россию. Об этой просьбе Директор проинформировал руководство страны, которое дало добро на проведение операции по его переброске. И вот в сентябре того же года он был уже в Москве. После оперативной проверки его представили Президенту и Председателю правительства, с которыми у него состоялся длительный разговор. Итогом этой беседы стало создание 13 Управления и строительство бункера, в котором мы сейчас работаем. Бывшему сенатору присвоили новый оперативный псевдоним «Старик», кстати, этот псевдоним он выбрал себе сам. Летом прошлого года теоретические изыскания по операции «Артефакт» были закончены, и группа должна была приступить к поискам Копья в «полевых условиях». Однако из-за природной катастрофы Старик погиб, и дело застопорилось. Полгода группа бездействовала, пока новый Президент не вспомнил об этой операции и не взял её под свой контроль. Вот тогда-то и дёрнули вас, Николай Петрович, как лучшего специалиста в области аналитического мышления, в надежде на то, что вы распутаете этот клубок. Кстати, одним из инициаторов вашего перевода в 13 Управление был я, – после этих слов, Субботин внимательно посмотрел на Томилина, но на лице Николая Петровича не дрогнул ни один мускул.
В этот момент на столе Субботина включилась громкая связь, и секретарь сообщила, что прибыл полковник Славин с «посылкой». А через час Томилин снова сидел за своим рабочим столом и знакомился с содержимым металлического кейса, переданного с Лубянки.

Глава 3. Агент № 1

На личных делах разведчиков такого уровня ставится штамп «Ознакомление только с личного разрешения Директора ФСБ», а после их смерти добавляют ещё один – «Хранить вечно»…
Завербовать молодого агента, который в последующем сделает головокружительную карьеру, невероятная удача для любой разведки мира. И такие прецеденты уже случались. В 30-х годах прошлого века советской разведкой была завербована группа студентов Кембриджского университета, сделавшая блестящую карьеру на поприще государственной службы, как в министерстве иностранных дел Великобритании, так и в её внешней разведке MI 6. Всех членов этой «Кембриджской пятёрки» завербовал молодой советский разведчик-нелегал Арнольд Дейч. Нечто подобное произошло и с Тедом Стивенсом, когда он учился в Калифорнийском университете Лос-Анджелеса.
26 июля 1947 года Тед вместе с друзьями отдыхал на пляже в Малибу. Во время купания кто-то из его друзей предложил прокатиться на сёрфинге. Как бывший лётчик, Тед сразу согласился с предложением и уже через несколько минут оседлал свою первую волну. Однако недостаток опыта и сильный боковой ветер сыграли с ним злую шутку. Его правая нога соскользнула с доски, он потерял равновесие и ушёл с головой под воду. Пока он переворачивался и поднимался на поверхность, подоспела вторая волна, которая своим гребнем ударила его по голове и снова утащила на глубину. Неизвестно, чем бы закончилось это купание, если бы к нему на помощь не подоспел случайно оказавшийся рядом молодой бизнесмен из Сан-Франциско – Джим Кларк. Он схватил наглотавшегося воды Теда за волосы, вытащил его на поверхность и таким образом спас от неминуемой гибели. В последующем между Тедом и Джимом завязались дружеские отношения, переросшие в крепкую мужскую дружбу, продлившуюся до марта 1987 года, когда от рака горла умер Джим. Как вы уже догадались, под именем Джима Кларка выступал советский разведчик Фёдор Татищев, который и привёл молодого Теда Стивенса в лоно советской внешней разведки.
После получения в Калифорнийском университете степени бакалавра политологии Тед продолжил обучение в Юридической школе Гарварда и в 1950 году получил степень юриста.
В связи с обострением политической обстановки в Юго-Восточной Азии двадцативосьмилетнему Теду поручают обосноваться на Аляске, которая к этому времени становится важной перевалочной базой военных грузов в направлении Азии. И тут, как говорится, он оказался в нужном месте и в нужное время. В 1953 году его назначают прокурором небольшого городка Фэрбенкса, расположенного в самом центре Аляски, а с началом Корейской войны в 1956 году не без помощи подкупленных советской разведкой чиновников его переводят в Вашингтон, в Департамент внутренних дел на должность советника по юридическим вопросам. Проявив свои незаурядные способности, он в 1958 году становится помощником министра внутренних дел Фрэда Ситона, а в 1960 году его назначают на должность главного консультанта того же министерства. Это назначение подписал лично Президент США Дуайт Эйзенхауэр.
После прихода к власти команды Президента Джона Кеннеди Тед оказывается в Вашингтоне не у дел и вынужден вернуться на Аляску, где начинает заниматься частной юридической практикой в Анкоридже. Через год он получает из Центра новое задание, любыми путями восстановить свой статус-кво в политике, и в 1964 году с блеском его выполняет, избираясь в Палату представителей штата Аляска. В 1966 году переизбирается в Палату и последовательно занимает в ней посты спикера и лидера большинства.
В 1968 году умирает сенатор США Боб Бартлетт, и губернатор Аляски Уолтер Хикель назначает Стивенса сенатором от Республиканской партии. На выборах в ноябре 1970 года Тед избирается Сенатом США на оставшийся срок Бартлетта, а в дальнейшем он бессменно представляет интересы штата на Капитолийском холме с 1972 по 2009 год. Последний срок его пребывания в Сенате США закончился 3 января 2009 года. После этого Тед зажил жизнью зажиточного пенсионера, который много времени уделяет путешествиям, рыбалке, охоте. В августе 2010 года он погибает в авиационной катастрофе.
Вот официальная версия его гибели, предоставленная ФБР:
9 августа 2010 года в 17 часов частный гидроплан DHC-3 взлетел с аэродрома Анкоридж и взял курс к дельте реки Вуд. На борту самолёта находились девять человек, среди которых были бывший представитель штата в Сенате Тед Стивенс, экс-глава NASA Шон О'Кифи с сыном. Команда друзей намеревалась провести предстоящую неделю в рыбацком домике Стивенса, где планировали заняться ловлей лосося и охотой на медведя. В 19 часов в условиях плохих метеоусловий, самолёт пропал с радаров локаторов, не долетев до аэропорта Деллингема 30 километров. Первоначальные поиски были затруднены сложным рельефом местности и неблагоприятными погодными условиями. В результате этой катастрофы погибли пять человек из девяти, присутствовавших на борту. Среди останков погибших были найдены обгоревшие останки Теда Стивенса, которого удалось идентифицировать только по фамильному медальону на шее. 10 августа семья политика официально объявила о его смерти.
А 17 августа 2010 года «погибшего» экс-сенатора специальным рейсом доставляют в Москву, где он становиться Курасовым Трофимом Сергеевичем. 22 сентября Директор ФСБ представляет его Председателю правительства Российской Федерации, с которым у него состоялась беседа, длившаяся более четырёх часов. После этой встречи Курасов или, как его теперь стали называть по оперативному псевдониму, Старик, начинает развёртывать работу по поиску Копья Судьбы. Он пишет «Секретные материалы», контролирует строительство бункера и отбирает кандидатов для работы в спецгруппе. Через семнадцать месяцев вся черновая работа была закончена, и с июня 2012 года группа должна была начать поиски в полевых условиях. Для начала активной фазы операции «Артефакт» не хватало только одного связующего звена. Старик должен был найти человека, который, сам того не ведая, являлся носителем информации о разыскиваемом артефакте. Ради этой встречи Старик с мая по июль 2012 года исколесил все города центральной России. Информацию об имени этого человека по каким-то своим соображениям он держал в секрете. 5 августа 2012 года он получает нужную информацию и срывается из Москвы. Путь его лежит по трассе М-4 «Дон» в сторону Ростова-на-Дону. Он едет на бронированном джипе Гранд Чероки в сопровождении двух охранников из федеральной службы охраны. Со слов одного из них, оставшегося в живых, они буквально «просеивали» все встречные и попутные автомобили марки «Форд Фокус» 2009 года выпуска серого цвета с московскими регистрационными номерами. На постах ГИБДД, пользуясь своим служебным положением, просматривали записи слежения и на основании этих данных корректировали маршрут движения. В ночь с 6 на 7 июля не прекращающийся сильный ливень вынудил их остановиться в городе Крымске, Краснодарского края, на автостоянке. По невероятной случайности на этой же автостоянке они увидели автомобиль, за которым гнались от самой Москвы. В 3 часа 28 минут Старик в сопровождении охранника вышел из машины и под проливным дождём направился в сторону Форда. В то время, когда Старик беседовал с владельцем автомобиля, семиметровая волна разбушевавшейся стихии накрыла автостоянку. Камера видеорегистратора, установленного на лобовом стекле джипа, запечатлела весь момент катастрофы…
Томилин откинулся на спинку кресла, «переваривая» в голове прочитанное.
«Надо полагать, – думал он, – что агент, занимающий такое высокое положение в политической иерархии нашего вероятного противника, должен был обеспечивать нашу разведку очень ценной информацией. А вот и подтверждение тому, – проговорил он про себя, переворачивая приказы о награждении «Януса» орденами и медалями СССР и России. – Значит, это был действительно легендарный человек, который в свои семьдесят девять лет продолжал оставаться на боевом посту и погиб при выполнении особого задания.
Тем не менее, после прочтения личного дела «Старика» для меня остались невыясненными три вопроса:
1. Где, и когда бывший сенатор так прекрасно изучил русский язык?
2. Почему семья погибшего опубликовала сообщение о его гибели 10 августа 2010 года, то есть на следующий день после крушения самолёта, хотя в тот момент все жертвы катастрофы ещё находились на месте крушения, и медицинская экспертиза по опознанию тел не проводилась?
3. Почему после его «повторной» гибели в Крымске, поисковые работы по поиску тела «Старика» были так быстро свёрнуты?
С этими мыслями Николай Петрович сделал последние пометки в своей рабочей тетради и нажал кнопку вызова…
* * *
На следующее утро капитан Добрынин вылетел в Краснодар для определения личности погибшего владельца «Форда», Кузьмин поехал на встречу с выжившим сотрудником федеральной службы охраны, а Соболев по поручению Томилина начал негласный сбор информации про Теда Стивенса за период его работы в Сенате США.

Глава 4. Секретные материалы

(продолжение)

 

В следующей папке лежали материалы о создании мировой финансовой системы США.
«…Одним из этапов создания мировой финансовой системы Америки стал развал экономики Европы. Американцы колоссально обогатились за счёт воюющих стран Старого Света в годы первой мировой войны. Сначала, пока шла война, они поставляли оружие всем её участникам, а после её окончания продовольствие и товары бытового назначения. В результате такой политики экономика США рванула вперёд семимильными шагами. Все были счастливы. Каждый американец считал, что он схватил «великую американскую мечту» за хвост. Хорошая спокойная сытая жизнь и достойная зарплата стимулировали население к активному участию в экономике страны, в том числе к получению банковских кредитов. Однако для продолжения такой сытой жизни государству требовалось осуществлять постоянное вливание в экономику большого количества бумажной денежной массы, что делать было запрещено законом, поскольку количество напечатанных денежных знаков должно было строго соответствовать количеству золотого запаса государства. А тем временем деньги, заработанные на войне в Европе, потихоньку заканчивались, и никто из ФРС не знал, что будет завтра. Надо сказать, что отголоски этой сытой американской жизни нашли своё отражение даже в Советской России в период с 1927 по 1929 годы. Нам этот период известен под названием Новая Экономическая Политика (НЭП), которая была одобрена Сталиным с подачи любимчика Ленина, Бухарина.
Кажется, невероятным, но события в экономике США того периода странным образом переплетаются с политическими событиями в Советской России.
В середине 1927 года в США происходит резкое падение цен на рынке недвижимости, а в СССР Сталин начинает разгром правой оппозиции и 16 января 1928 года отправляет Троцкого в ссылку в Алма-Ату. Через год, 10 февраля 1929 года, он высылает Льва Давидовича из СССР, как бы ставя точку в истории с Копьём, а 24 октября 1929 года происходит обвал на американском фондовом рынке, в результате которого страна погружается в экономический кризис, получивший название «Великая депрессия».
Если дальше смотреть на исторические события в контексте рассматриваемой нами темы с точки зрения стороннего наблюдателя, абстрагируясь от ранее полученных знаний, то можно увидеть странную закономерность, на которую раньше никто не обращал внимания.
«…Экономический кризис 1927-1933 годов стал полной неожиданностью для простых американцев. О чём можно говорить, если накануне кризиса действующий на тот момент Президент США Джон Кулидж во всеуслышание заявлял: «Страна может с удовлетворением взирать на настоящее и с оптимизмом смотреть в будущее». Однако гром грянул, и миллионы людей остались за бортом счастливой и спокойной жизни. Падение уровня жизни населения было столь стремительным, что по стране прокатилась волна самоубийств, унёсшая жизни десятков тысяч американцев. Из 90 миллиардов долларов, которые крутились в то время на фондовой бирже, к 1933 году осталось только 16. Разорились тысячи крупных компаний и десятки тысяч мелких. И пока правительство пыталось делать жалкие попытки по выводу страны из экономического кризиса, на горизонте снова замаячили представители могущественного ордена.
Основываясь на опыте первой мировой войны, господа иллюминаты решили ничего нового не изобретать, а просто организовать и раздуть пожар новой мировой войны. К разработке сценария будущей бойни были привлечены самые продвинутые аналитики того времени, и к началу 1932 года на стол магистров ордена лёг план операции «Трезубец».
В соответствии с этим планом в качестве страны-агрессора была выбрана Германия, которой отводилась роль уничтожения существующей европейской экономики. В качестве страны-ответчика была выбрана Россия, которая, по их мнению, должна была быть наказана за то, что пошла против существующего миропорядка.
Для реализации этого плана 30 января 1933 года в кресло рейхсканцлера Германии был посажен самый одиозный политик того времени, Адольф Гитлер. А через 35 дней (!), 4 марта 1933 года, в кресле Президента США оказался масон высшей пробы Франклин Делано Рузвельт.
После того, как на главные роли кровавого спектакля были выбраны актёры, авторы сценария взялись за механизм реализации будущего шоу.
Сначала за счёт крупных финансовых вливаний в экономику Германии со стороны иллюминатов в лице Августа Тиссена, Густава Круппа, Ялмара Шахта, Рейнольда Геснера, Фрица Манделя, Макса Варбурга, Оскара Вассермана, а также Морганов и Ротшильдов был запущен военно-промышленный комплекс, который начал в огромном количестве производить танки, самолёты и корабли.
Для ослабления военно-политического потенциала СССР была разработана операция «Туман», целями которой было уничтожение политического и военного руководства советского государства. По каналам американской и английской разведок в руки НКВД попадают подлинные документы о связи Ленина и Троцкого с иностранными правительствами и их истиной роли в октябрьском перевороте. Сталин заглотнул подброшенную наживку и, чтобы смыть следы позора и предательства с партии большевиков, начал методично и последовательно уничтожать всю ленинскую гвардию, которая знала или догадывалась об истинных целях революции. После того, как механизм репрессий был запущен, наступила вторая фаза «Тумана», и на свет Божий появились компрометирующие документы о заговоре в руководстве Красной Армии во главе с Михаилом Тухачевским. Последствия операции «Туман» известны всем. В результате политических репрессий с 1937 по 1940 год были осуждены, репрессированы и расстреляны более 7 миллионов человек.
Надо сказать, что «костлявая рука» заговора иллюминатов дотянулась и до семьи самого Сталина. Произошло это в ночь с 8 на 9 ноября 1932 года.
«…Накануне страна отметила пятнадцатую годовщину Великой Октябрьской социалистической революции, а вечером 8 ноября состоялся небольшой праздничный ужин в Кремле, на котором присутствовали самые близкие соратники вождя с жёнами. Гостей развлекали знаменитые московские артисты, такие как Илья Набатов, Георгий Амурский, Изабелла Юрьева… Гости много пели, танцевали, а когда время перевалило за полночь, начали расходиться по своим кремлёвским квартирам. После прихода домой Сталин почувствовал себя дурно. Голова кружилась, его бросало то в жар, то в холод, руки и ноги замёрзли так, что впору было надевать валенки. Потом наступил провал в памяти, и очнулся он только от того, что ему стало нечем дышать. Когда его сознание немного прояснилось, он увидел, что на полу гостиной лежит его жена Надежда Аллилуева, у которой на левом виске виднеется пулевое отверстие, а сам он стоит в трусах с револьвером в правой руке. Он абсолютно ничего не помнил, он не мог ни кричать, ни говорить, он просто стоял и тупо смотрел на то, как из раны убитой вытекает струйка крови, образовывая на жёлтом начищенном до блеска паркетном полу красную лужу. Его охватил ужас, он подумал, что сходит с ума, но в этот момент во входную дверь постучали, и он услышал голос начальника оперативного отдела ОГПУ Паукера:
– Иосиф Виссарионович, у вас всё в порядке?
Сталин неуверенной походкой подошёл к двери и открыл её. В открытом проёме Паукер увидел бездыханное тело Аллилуевой.
– Иосиф Виссарионович, разожмите вашу руку и отдайте мне револьвер.
После этих слов Генсек, как зомби, вытянул правую руку вперёд, и после того, как рука стала свободной, он окончательно пришёл в себя.
– Что это? – непонимающими глазами смотрел он на неподвижное тело жены. – Что здесь произошло?
– Товарищ Сталин, – вкрадчиво проговорил чекист, – произошла трагическая случайность. Ваша жена, Надежда Аллилуева, зачем-то взяла ваш подарочный револьвер и случайно нажала на спусковой крючок, в результате чего смертельно ранила себя в голову (эти слова Паукера легли в основу официальной версии смерти Аллилуевой). Оденьтесь, я сейчас вызову медиков и выставлю оцепление, чтобы сюда никто не вошёл.
Через несколько минут Сталин окончательно пришёл в себя. Он понимал, что попал в неприятную ситуацию и что Паукер пытается выгородить его, наговаривая слова легенды, которой он должен придерживаться. Однако Иосифа Виссарионовича, сейчас больше волновало не то, что в комнате на полу лежало мёртвое тело его молодой жены, а то, что его видели в столь неприглядном и растерянном виде…
В будущем он избавится от неугодного свидетеля, а произойдёт это 14 августа 1937 года, когда Паукера расстреляют по приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР как шпиона и врага народа…»
Сталин вернётся к событиям этого дня спустя восемь лет, когда к нему привезут Мессинга. Он попросит его восстановить события той страшной ночи и рассказать, что произошло тогда на самом деле. Не чувствуя подвоха, Мессинг как на духу по фрагментам восстановит события трагедии.
Он расскажет, что после того, как куранты на Спасской башне пробили два часа ночи, Сталин под воздействием гипнотического внушения открыл верхний ящик комода, достал из него револьвер, приставил к своему правому виску и собрался нажать на курок, когда в гостиную вошла Аллилуева. Надежда бросилась к мужу, и в тот момент, когда она пыталась отобрать у него пистолет, прозвучал выстрел. По роковому стечению обстоятельств пуля попала ей в левый висок, в результате чего смерть наступила мгновенно. На вопрос вождя: «Кто мог такое со мной сделать?». Последовал лаконичный ответ: «Человек из самого близкого вашего окружения. Однако кто он такой и зачем он это сделал, я не отвечу. Неизвестный повесил на вашем сознании «словесные» замки, которые я не могу снять».
Может быть, из-за того, что Мессинг был с ним предельно откровенен, Сталин его не тронул и позволил жить дальше. Удивительно, но дата смерти Аллилуевой самым мистическим образом совпала с датой смерти самого Мессинга, который тоже умер 8 ноября, только спустя сорок два года, в далёком 1974 году…»
Никто сейчас не скажет, кем был тот человек, который загипнотизировал Сталина. Однако после разговора с Мессингом он сильно изменился, стал мнительным и недоверчивым в отношении своего окружения. Вот слова из выступления Н. С. Хрущёва на XX съезде партии, в 1956 году:
«…Сталин был очень недоверчивым человеком, он был болезненно подозрительным; мы знаем это по работе с ним. Он мог посмотреть на кого-нибудь и сказать: «Почему ты сегодня не смотришь прямо?» или «Почему ты сегодня отворачиваешься и избегаешь смотреть мне в глаза?». Такая болезненная подозрительность создала в нём общее недоверие к выдающимся партийцам, которых он знал годами. Всюду и везде он видел «врагов», «лицемеров», «шпионов». Вследствие необычайной подозрительности Сталина у него даже появилась нелепая смехотворная мысль, что Ворошилов был английским агентом. Да, да – английским агентом. В доме Ворошилова была даже сделана специальная установка, позволяющая подслушивать, что там говорилось…»
Томилин перевернул последнюю страницу и закрыл документ.
«Интересная версия, – подумал он, ставя папку на своё место. – Однако и эта информация не приблизила нас к разгадке тайны. Что ж, будем искать дальше…»

Глава 5. Зацепка

На столе неожиданно зазвонил телефон. Звонил Кузьмин, который проинформировал полковника о возращении с задания Соболева и Добрынина. Томилин дал ребятам время привести себя в порядок и через час переступил порог кают-компании.
Ещё до начала разговора он понял по лицам ребят, что у них есть новости, которыми им не терпится поделиться. После того, как все уселись по своим местам, Николай Петрович сделал краткое вступление:
– Вижу по вашим лицам, что вылазка на свежий воздух пошла вам на пользу, и у вас для меня есть нужная информация. Единственное, что я попрошу вас сделать, так это в своих докладах не забывать о мелочах. Начнём с Добрынина.
Виктор встал с дивана, подошёл к большому телевизионному экрану и включил на нём режим просмотра слайдов:
– Это фотография района города Крымска, снятого нашим разведывательным спутником на следующее утро после катастрофы. Как мы видим по фотографиям, основной удар стихии пришёлся на центральную часть города, по которой проходит устье реки Адагум. В результате непрекращающихся ливневых дождей в период с 4 по 8 июля там выпала пятимесячная норма осадков, что привело к резкому повышению уровня воды во всём водном бассейне региона. В ночь с 6 на 7 июля в горах сошёл оползень, который спровоцировал семиметровую волну воды, пронёсшуюся по центральной части города. По трагическому стечению обстоятельств, именно в этот момент Старик нашёл того, кого он искал. Все машины, находящиеся в тот момент на автостоянке, были смыты и унесены вниз по течению на расстояние от одного до трёх километров.
Среди найденных мною останков машин было обнаружено два автомобиля марки «Форд Фокус», один 2007 года выпуска, серого цвета, и 2009 года, серебристого вета. Вот их фотографии. Обе машины были зарегистрированы в Москве и имели регистрационные номера: первая C 872 KM регион 199, вторая B 165 AP регион 199. Как вы видите по фотографиям, обе машины сильно повреждены и восстановлению не подлежат. По уточнённым данным краевого управления МЧС, в одной из машин находились тела погибших супругов Молчановых, во второй нашли тело женщины по фамилии Бурмистрова Анастасия Николаевна, 1946 года рождения. Я думаю, что именно с владельцем второй машины, Бурмистровым Павлом Петровичем, встречался Старик накануне своей гибели.
Покопавшись в нашей картотеке, я узнал, что Бурмистров Павел Петрович служил в ФСБ до 2008 года в должности начальника отдела УФСБ по Московской области в звании полковника. У Бурмистровых остался единственный сын Алексей, который приезжал за телами погибших. Как показала дальнейшая проверка, погибшая супружеская пара Молчановых, приходились Бурмистровым родственниками. Дети погибших, Татьяна и Алексей, состояли в браке…
– Почему ты говоришь об этом в прошедшем времени? – поинтересовался Томилин.
– Потому что 12 февраля этого года Татьяна Бурмистрова вместе с дочерью Дарьей погибли в автомобильной аварии на 16 километре Каширского шоссе.
Кроме этого, я подготовил отдельную справку обо всех членах семьи Молчановых, которых я успел найти к сегодняшнему дню. В семье Бурмистровых, кроме их сына Алексея, никого больше не осталось, – с этими словами Добрынин положил перед Томилиным на стол солидную папку с документами.
Поблагодарив Виктора за проделанную работу, Николай Петрович предоставил слово Кузьмину.
– Я встречался с выжившим охранником Старика, сопровождавшим его в этой поездке. Во время нашей беседы я вёл видеосъёмку, которую предлагаю вам сейчас посмотреть.
На экране телевизора появилась заставка 13 Управления с указанием даты и времени съёмки, после чего присутствующие увидели сидящего перед камерой мужчину лет сорока крепкого атлетического телосложения с глубоким шрамом на левой щеке.
За кадром раздался голос Кузьмина:

 

– Назовите ваше имя.
– Овчинников Сергей Александрович.
– Кем и в какой должности вы работаете?
– Я являюсь сотрудником Федеральной службы охраны.
– В чём заключается ваша работа?
– В мои обязанности входит обеспечение безопасности охраняемого лица.
– Расскажите мне о вашем последнем задании и гибели охраняемого лица.
– В прошлом году, в апреле месяце, меня перевели в группу охранения Курасова вместо майора Квашнина, замену которого потребовал Курасов.
– Что послужило поводом к замене вашего предшественника?
– Со слов погибшего напарника Дёмина, Квашнин иногда вступал в разговор с Курасовым без его разрешения. Это раздражало последнего, и он настоял на его замене. Впрочем, мы понимали, что фамилия Курасов не настоящая фамилия этого человека, и в обсуждениях между собой сошлись на том, что он бывший работник службы внешней разведки.
Сначала работали, как всегда, без всяких отклонений от принятых правил и норм, пока в начале мая не стали выезжать в центральные города России. Наступило это после того, как наш подопечный закончил свою работу в Центральном архиве ФСБ.
– Почему вы связываете эти два события? – поинтересовался Кузьмин.
– Дело в том, что мы после нашей первой поездки в Кострому больше в архив его не возили.
– Что делал в этих поездках Курасов?
– Мы заезжали в областное УФСБ, Курасов предъявлял своё удостоверение, шёл в архив и сидел там почти безвылазно от двух до четырёх суток. Иногда мы ездили по адресам, которые он нам называл.
– Кого он искал?
– Как я понял из услышанных мною разговоров, он навещал бывших сотрудников органов безопасности, занимавшихся охраной секретных объектов, и через них искал нужного ему человека.
– Он нашёл того, кого искал?
– Он не ставил нас в известность. Поэтому последнюю поездку лично я воспринимал как продолжение поисков.
– А вас не удивило, что на этот раз вы поехали так далеко? Как к вашим поездкам относилось ваше руководство?
– Вы правы. Наша работа отличалась от общепринятых норм сопровождения «объекта», но Курасов был особенной личностью. Он был наделён такими полномочиями, что вам и не снилось, и поэтому делал, что хотел, и ехал, куда хотел. Я думаю, что просто никто не хотел портить себе карьеру. А лучше спросите об этом у моего начальства.
– У нас есть информация, что по пути на Юг вы неоднократно останавливались на постах ДПС и просматривали записи слежения. Что вы искали? У вас были конкретные данные или вы действовали интуитивно?
– Вечером 5 августа, примерно в 21:30, Курасову кто-то позвонил. Мы в это время ехали по Алтуфьевскому шоссе в направлении его коттеджа. Разговор продолжался не более двух минут, после чего последовала команда на разворот с последующим выездом на трассу М 4. Пока ехали по Москве, он проинформировал нас, что надо найти автомобиль марки «Форд Фокус» 2009 года выпуска с регистрационным номером B 165 AP. С его слов, автомобиль выехал из Москвы в полдень и движется в направлении Анапы. Прикинув, что автомобиль мог уже проехать не менее 700 километров, мы рванули в направлении Ростова-на-Дону. Гнали всю ночь и в 4 часа утра, после того, как миновали Воронеж, подъехали на пост ДПС, расположенный на 517 километре. Я вышел из машины и стал просматривать записи видеокамер. Курасов из машины не выходил. Интересующая нас машина проследовала этим участком дороги накануне, в 20:30. Таким образом, мы отставали от неё на 8 часов. На моё предложение остановиться и отдохнуть последовал отказ. После Богучара погода резко испортилась, начался дождь, перешедший в нескончаемый ливень. Из-за аварий на трассе образовались многокилометровые пробки, в результате чего мы двигались со скоростью не более 20-30 километров в час. В 19 часов миновали Ростов-на-Дону. Погодные условия стали ещё хуже. Дворники не успевали очищать лобовое стекло. В таких условиях доехали до Краснодара и свернули в сторону Анапы. О каких-либо поисках нужной нам машины в таких условиях не могло быть и речи. В районе Крымска небеса разверзлись настолько, что мы были вынуждены прекратить движение и заехать на автостоянку. На стоянке мой напарник увидел два «Форда», которые из-за непогоды также остановились в этом месте. Дёмин вышел из машины и проверил их номера. Одна из машин оказалась той, которую мы разыскивали. Он доложил об этом Курасову, который сразу же начал надевать дождевик. На моё предложение дождаться утра никак не реагировал. Когда он вышел из машины, я собрался последовать за ним, но Дёмин, положив мне руку на плечо, сказал, чтобы я оставался в машине. Я включил ближний свет и видеорегистратор. В тот момент, когда Курасов и мужчина из «Форда» начали разговаривать, со стороны города послышался гул, и через секунду нас накрыла волна. Машину несколько раз перевернуло, я ударился головой и вскоре потерял сознание. Пришёл в себя на следующий день, когда меня извлекали из останков машины. Через день, когда я лежал в госпитале, приходили следователи из вашей конторы, которые взяли у меня показания.
Я так понимаю, что это дело не закрыто? – вопросительно спросил Овчинников, глядя мимо камеры на Кузьмина.
– Не могу, майор, ничего сказать по этому поводу, поскольку я из другого ведомства, и мы проводим собственное расследование этого инцидента.

 

После слов Владимира съёмка закончилась, экран погас, и все обернулись в сторону Томилина. Однако полковник проигнорировал вопросительные взгляды подчинённых и попросил Соболева поделиться своей информацией о Старике.
Степан не стал прибегать в своём докладе к интерактивным средствам демонстрации, а разложил свои документы прямо на столе, за которым они обычно пили кофе. Сначала он с загадочным видом посмотрел на своих коллег, после чего так же загадочно произнёс:
– Последние дни я занимался сбором информации о нашем Старике. В библиотеке я случайно наткнулся на книгу экстрасенса Ури Геллера под названием «Эффект Геллера», изданную в России издательским домом «Соваминко» в 1991 году. На 194 странице своей книги Геллер пишет, что ЦРУ пригласило его в конце февраля 1987 года в Женеву для участия в двусторонней встрече между Рейганом и Горбачёвым с целью психологического воздействия на советского лидера. С его слов, «внушения», сделанные им во время официального обеда, достигли своей цели. Уже 1 марта Горбачёв выступил с заявлением о своей готовности выделить вопрос по уничтожению ракет средней дальности в Европе из общего блока вопросов, обсуждаемых на саммите, и заключить по ним отдельное соглашение, причём сделать это он захотел безотлагательно. От взаимной увязки вопросов по недопущению гонки вооружений в космосе, сокращения стратегических вооружений и ракет средней дальности было решено отказаться окончательно. Там же, на страницах этой книги, Геллер как бы между строк упоминает имя сенатора Теда Стивенса, с которым он якобы знакомится только в феврале 1987 года на саммите в Женеве, хотя у нас есть достоверная информация, что они были знакомы раньше.
Далее из книги следует, что Геллер совместно с сотрудниками ЦРУ принимал активное участие в вербовке заместителя Генерального секретаря ООН по политическим вопросам и делам Совета Безопасности, Чрезвычайного и полномочного посла СССР Аркадия Шевченко. Это был первый случай в послевоенной истории СССР, когда дипломат такого высокого ранга предал Родину. И снова от нашего агента «Януса» не поступало никакой информации, что ЦРУ в своей работе привлекает экстрасенсов. Нечто подобное Геллер предпринял и в отношении первого заместителя министра иностранных дел СССР Юлия Воронцова.
Я думаю, что Старик вёл двойную игру по отношению к нашей разведке, коль в его донесениях нигде не упоминался Геллер…
– Ваша версия мне понятна, – прервал Степана Томилин, – что у тебя есть ещё, кроме этого экстрасенса?
– Я не собирался об этом говорить, пока не услышал доклад Виктора. Эта информация попала ко мне совершенно случайно. Как вы знаете, я люблю отслеживать всё необычное, что попадает в поле моего зрения. Так вот. Месяц назад по центру Архангельской области пронёсся ледяной шторм. С целью получения более подробной информации об этом уникальном природном явлении я залез на центральный сервер МЧС, и знаете, что я там обнаружил?
– Говори Степан, не томи, – нетерпеливо подогнал его Кузьмин.
– Из зоны стихийного бедствия был эвакуирован только один человек, и этим человеком был некто Бурмистров Алексей Павлович! Улавливаете связь? Конечно, это может быть случайным совпадением, но что-то мне подсказывает, что Бурмистров, приезжавший за телами родителей в Крымск, и тот, которого вывезли на вертолёте из тайги, является один и тем же человеком.
– Круто! – вырвалось у Добрынина. – Ну, ты, Степан, и молоток!
И ребята стали дружно обсуждать эту версию, пока их не остановил властный голос Томилина.
– Это всё, конечно, замечательно, но прежде чем делать какие-либо выводы, надо побеседовать с этим парнем. Посему приказываю: Кузьмину разыскать и организовать встречу с Бурмистровым-младшим, лучше будет, если эта встреча пройдёт на нейтральной территории. Добрынину срочно собрать всю информацию о районе, из которого его эвакуировали. Свяжитесь с военно-космическими силами, пусть они сделают для нас снимки этого района с самым максимальным разрешением. Соболеву перевернуть всё и вся, но найти абонента, звонившего Старику 5 августа в 21:30, после которого он отправился в погоню. На все про всё, – Николай Петрович посмотрел на часы, – даю 12 часов. Завтра в полдень собираемся здесь, на этом месте. Разойтись, – по-военному скомандовал Томилин.
Когда ребята вышли, он посмотрел на календарь и автоматически отметил про себя, что уже начался новый день – 24 апреля 2013 года. После чего подошёл к телефону правительственной связи и набрал номер генерала Субботина…
Назад: Пролог
Дальше: Часть вторая Тайное становится явным