Книга: Брошенная колония
Назад: Глава седьмая Дикие земли
Дальше: Глава девятая Работа, которая была не нужна

Глава восьмая
По вольным землям

Все предыдущие дни ведьма готовила зелья для дочери. Надо сказать, это был впечатляющий запас, такого Игнат себе позволить не мог, то, что Мила убрала в свой сундучок, стоило не меньше пятидесяти золотых.
Выезжали на рассвете. Мелкий моросящий холодный дождик не прибавил Игнату настроения.
Вечером был тяжелый разговор с Тамарой. Мила уехала в «город» за одеждой для Демидова, то, что было на нем, пришло в полную негодность, даже сапоги пострадали от жара портала. Уцелела только кольчуга и разгрузка с опустевшими магазинами, шесть рунных патронов, рунный нож и железные наручи, ну и, конечно, главное сокровище – батарея от винтовки с руной. Вот и все, что осталось. Игнат, вооружившись кинжалом, срезал с поврежденных сапог накладки из чистого железа. Видок как раз перекладывал рюкзак, когда за спиной тихо открылась дверь.
– Хотите о дочке поговорить? – не оборачиваясь, спросил он.
Ведьма прошла и села на кровать.
– Правильно догадался. Останься, зацепил ты ее. Вроде уже взрослая и обжигалась не раз, а вот на тебе снова погорела. Но я знаю, ты ведь не останешься?
Демидов кивнул.
– Не останусь, – этот диалог напоминал то, о чем они говорили с Милой ночью. – Ты ведь знаешь, что я уже не принадлежу себе. Руна эта гребаная, магичка одержимая, война грядущая…
Тамар вздохнула.
– Я знала, что ты так скажешь. Я предупреждала ее, но она отмахнулась. Молодежь всегда думает, что знает все лучше. Ну почему ты ее не отшил а? Ну позлилась бы она пару дней, и все.
– Она была убедительна, – хмыкнул Игнат, вспомнив, как девушка пришла к нему в первый раз.
– Это у нее от меня, если что хочет, то обязательно получит. Вернешься к ней?
Видок покачал головой, говорить не хотелось. Тамара тяжко вздохнула.
– Может, все же надо было дать тебе помереть, а?
– Может быть, – вполне легко согласился егерь. – Что сделано, то сделано. Девочка она взрослая, погрустит и забудет, вся жизнь у нее впереди, с такой мамой она еще долго будет молодой и красивой.
Ведьма как-то странно посмотрела на него.
– Надо было все же капнуть тебе в тарелку зелья любовного, мой собственный рецепт, прикипел бы, как миленький. Рука не поднялась, не была бы Милка счастлива из-под палки. Насильно, как известно, мил не будешь. Рано или поздно ты бы его переборол. Да и последствия могут быть непредсказуемые, если останешься. Обратно тебе надо. Ну, вот зачем ты на мою голову свалился? – Это был уже риторический вопрос.
Тамара поднялась и, махнув рукой, вышла, ей пора было заниматься раненым лесорубом. Не получилось поставить его на ноги за три дня.
И вот они стояли на крыльце, багги мокла под моросящим дождем, Мила уже в машине и явно не в духе. Игнат же в обновках смотрел на ведьму.
– Спасибо за все, хозяйка, за заботу, за стол, за то, что жизнь мне вернула.
Тамара окинула его взглядом, полным грусти.
– Иди с миром, егерь. Прощай.
– Прощай, ведьма, – и Демидов сбежал с крыльца, одним движением забрался в багги, закрепив рюкзак за сидением.
– Прощай, мам, – подняв руку, как-то странно произнесла Мила.
Игнату на мгновение показалось, что та действительно прощается навсегда. Но он отбросил эту мысль. Ну что с ней станется? Кончатся зелья, приедет снова. Он бросил быстрый взгляд на Тамару, та стояла под навесом и смотрела на них с какой-то затаённой грустью.
Багги рванула с места, выбросив из-под задних колес небольшие фонтаны грязи, и резко развернувшись, устремилась к лесной дороге.
Спустя полчаса маленькая шустрая машинка вылетела на опушку большого лесного массива, прямо за ним начинались уже убранные унылые поля, а еще дальше стояли горы, далекие и неприступные.
– Мы находимся фактически в кольце гор, есть разрывы, но их не так много. Вообще свободные земли распложены в огромной долине, которая тянется на месяц пути.
– Пешком? – стараясь оценить масштабы, спросил Игнат.
– Ногами далеко, месяц – это вот на такой, – Мила похлопала по рулю, – машинке.
– Ясно, – не зная, что еще сказать произнес Демидов.
Ему не давала покоя эта странная сцена прощания. Сегодня Мила пришла к нему в кровать поздно. Игнат, который изнурял себя тренировками, ушёл из-за стола пораньше, а женщины остались шушукаться за бутылкой неплохого вина. Здесь на южных склонах гор выращивали очень хороший виноград и делали недурное вино. Мила даже не стала его будить, просто устроилась рядышком, прижалась и быстро заснула.
Вдалеке показалась большая ферма. Ее окружала мощная каменная стена метров пять в высоту, большие ворота были распахнуты, сквозь них Игнат своим острым зрением разглядел, как пятеро крупных мужчин таскают большие тяжелые мешки в грузовик.
– Это ферма Тавра, – пояснила Мила, заметив его интерес.
– Того самого, что меня нашел?
– Его самого.
– Может, заедем? Поблагодарю. Ведь мало того, что жизнь спас, так даже и не обобрал. А на мне добра было много.
Она пожала плечами и нехотя свернула на дорогу к ферме.
Тавр уставился на багги, его рука легла да здоровенный пистолет, висящий на боку. Странно было видеть такое чудовище, он был чуть ли не в половину винтовки, которою Игнату пришлось бросить на склоне.
– Привет, Милка, – улыбнулся фермер, заметив дочку ведьмы, выбравшуюся из машины. – И пассажира я твоего знаю. Выжил, значит?
Игнат подошел и крепко поджал протянутую руку.
– Спасибо, Тавр, что не бросил в лесу. За мной неоплатный долг.
Мужчина посмотрел Демидову прямо в глаза.
– Ты ведь охотник на нелюдей? Мне Тамара рассказала, кто такие егеря, мы про вас в нашем медвежьем углу и не слышали, слишком далеко тебя занесло.
– Правду ведьма сказала, охота на тварей – мое ремесло.
Игнат тогда не видел его, когда пришел в себя, в машине был бородатый мужик, и теперь изучал собеседника. Тавр оказался высок и крепок, ладони суровые от постоянного ручного труда, глаза цвета светлого ореха, добрые-добрые, но он не обманывался насчет этого, перед ним стоял настоящий воин, который, судя по мускулатуре, мог с одного удара бычка уложить.
Мила насторожилась, как-никак коллега, и ее такие разговоры прежде всего касаются.
– Может, возьмешь заказ, скажем так, в счет долга? – продолжил мысль хозяин.
– А чего местным не отдашь? – поинтересовался Видок, покосившись на Милу, которая с нехорошим огоньком в глазах следила за сговором. Похоже, ее зацепило то, что старый друг матери хочет отдать заказ незнакомому чужаку.
– Уже, только вот, похоже, для них это кончилось плохо. Неделю назад нанял Юркого с напарником, сели они в свою машинку и уехали к горам, тварь выслеживать, да вот не вернулись.
– Я знаю их, – вступила в разговор Мила, – грамотные ловчие, давно в деле. Может, все еще выслеживают?
Игнат задумался, вспоминая виды нелюдей, которые обитают в горах, таких было три-четыре, не больше, два из них летающие и чрезвычайно опасны.
– Что за тварь?
– Не знаем мы, похоже, летающая, повадилась скот драть. А когда я охранника поставил, она и его разорвала. Я уже пять коров потерял. Раз в два дня наведывается, пытались засаду поставить сами, не вышло.
– Есть еще характерные признаки?
Тавр задумался.
– Ну, разве что она мясо не жрет, только внутренние органы, вспаривает брюхо и выедает сердце, печень, желудок.
– Ветрюх, – выпалила Мила.
Игнат кивнул.
– Похоже на то. Тут до гор час лету, твари они ночные, способны преодолевать большие расстояния, а тут им прямо стол накрыли. Живут парами, напоминают жирного змея с крыльями, размах метра два, большая пасть, когти, как сабли, хвост с шипами, способен эти шипы метать в противника, вырубает за секунду. И самое поганое – владеет темной энергией. Степень опасности наивысшая.
– Возьмешься? – с надеждой спросил хозяин фермы.
– Возьмусь, но придется тебе меня профинансировать, я круто поиздержался и остался без оружия. С кинжалом я на них точно не пойду, нужна энергетическая винтовка и, как минимум, десяток рунных пуль из чистого железа, желательно полые разрывные.
– Круто берешь, – поживал губами Тавр. – Я Юркому платил по десятку золотом за голову. А ты меня сразу на сотню выставил.
– Я тебе, конечно, благодарен, ты мне жизнь спас и все такое, и даже много хороших вещей с меня не снял, но ты меня подряжаешь не пару безобидных светляков отловить. Это твари редкие и опасные. Ты уже двоих ловчих туда отправил. Могу поспорить, деньги вы договорились после работы посчитать. Так что, ты еще ничего не потерял.
– Я тоже в деле, – подала голос Мила.
Игнат смерил ее взглядом, решая, как поступить. С напарником оно, конечно, лучше, но вот не притёртый напарник может выйти боком. Они не работали вместе, не знают возможностей друг друга. Нет, эта идея Игнату не понравилась. Если бы каких лесовиков вальнуть или жалобрюха, плотоядную жабу, или водяного, он бы согласился без вопросов, но идти на Ветрюха – уж проще сразу отказать.
– Нет, Мила, я тебя с собой не возьму, не по тому, что считаю, что ты не справишься, а по тому, что с напарниками, непроверенными на всякой мелочи я не работаю.
Тавр посмотрел на него уважительно. А вот дочка ведьмы метала из своих глаз молнии, ох, и разозлилась она.
– Я самостоятельная ловчая. Кто ты такой, чтобы мне запрещать? Тавр, я в деле.
Но фермер покачал головой.
– Заказ егеря, и ему решать, берет он тебя или нет. Итак, что тебе нужно?
– Винтовку под 12 калибр. – Игнат подкинул на ладони пулю, вдруг тут другие стандарты. – Ну и десяток пуль еще. Но все трофеи оттуда мои.
– Хорошо, – согласился хозяин фермы, – я спонсирую. Милка, ты отвезешь своего приятеля к оружейнику, или мне заняться?
Девушка все еще кипела.
– Отвезу – зло бросила она.
– Вот и хорошо, – улыбнулся Тавр. – Тогда вот что, передай Гиру, что я с ним потом рассчитаюсь, а чтобы он чего не думал, вот, – и фермер протянул девушке лист с магической печатью.
Игнат знал такие штуки, очень удобные, называются залоговыми листами, обещание погасить долг на заявленную сумму. Если он правильно разглядел, данный был на пять сотен золотом.
– Только особо не шикуй, – попросил хозяин.
Игнат кивнул и, пожав еще раз мозолистую руку, полез в багги.
– Вернусь как можно быстрее, а утром отвезете меня к горам, ночью там делать нечего, если, конечно, нет желания сдохнуть.
Мила вела машину молча, ее небольшие руки с длинными тонкими пальцами стиснули руль так, что побелели.
– Не злись, – спокойно произнес Демидов после двадцати минут молчания. – Но я не пойду на сильную тварь с человеком, с которым ни разу не работал. Это вопрос здравого смысла. Я не знаю твоего уровня, не знаю, чему вас тут учат или вы самоучки, и не знаю возможностей, на что я могу рассчитывать, а на что нет. Так что, давай ты прекратишь вести себя, как обиженная девочка.
Мила еще пару минут молчала, но потом сдалась.
– Демоны с тобой, утонешь, домой не приходи.
– Договорились. Рад, что ты поняла.
Городок оказался маленьким, опоясанный каменной стеной, полсотни домов, можно за десять минут из конца в конец дойти. На воротах стража, пара крепких мужиков с винтовками незнакомой конструкции.
– Слушай, а у вас тут есть привозное оружие? – поинтересовался Игнат, пока дочка ведьмы аккуратно вела машину в центр города по отличной каменной мостовой.
– Даже не надейся, оно стоит жутко дорого, придется выбирать из местного. Посмотрим, что есть у Гира. Лавка небольшая, сам видишь, это просто маленький поселок, так что, на богатый выбор не рассчитывай. Я подскажу, что брать, если вообще есть, что стоящее.
Наконец она остановилась у длинного дома со множеством дверей и вывесок на них. Та, под которой замерла багги, гласила – «Стволы и пули». Вывеска была магической, объемной, изображающей какой-то древний пистолет с барабаном, из ствола который вылетали пули. Дорогое удовольствие, надо сказать.
– Это наши торговые ряды, – пояснила Мила. – С того конца магазин одежды, именно там я вчера затарилась, чтобы тебя приодеть.
Игнат промолчал. Девушка купила одежду согласно своему вкусу. Пыльник из бежевый зачарованной от дождя ткани был длинноват, в бой в таком и не ходят. Отличные прочные черные кожаные штаны, сапоги из толстой кожи с маленьким каблуком, ну и новая рубаха кремового цвета, очень неплохого качества, но достаточно теплая и мягкая. Примерив обновки, он приколол на левое плечо знак егеря, и в принципе остался доволен выбором Милы.
– Зачем ты вообще взял этот заказ? – неожиданно спросила девушка. – У тебя дел, что ли нет? Ты по логике должен рваться в княжества. Если верить твоим словам, там назревает большой конфликт с неизвестными последствиями, а ты решил погоняться за вертюхами.
– За мной долг, – ответил Демидов, выбираясь наружу и вытирая лицо протянутой Милой тряпкой. Все же ездить на багги без ветрового стекла в дождливую погоду – редкий вид мазохизма. – Я не хочу уходить отсюда, имея за спиной такой багаж. Я обязан Тавру жизнью, так что, если избавлю его от парочки крайне неприятных нелюдей, которые могут не только извести его стадо, но и сожрать самого фермера, если под руку подвернется, это будет хорошая плата за то, что он сделал.
– Ты рискуешь, – толкнув дверь и заходя в лавку, заметила Мила.
– Егерь всегда рискует, он живет на грани мира и войны. Кстати, я заметил, когда мы въехали, нас никто не проверил на одержимость.
Девушка пожала плечами.
– Подобное случается так редко, что держать ради этого на воротах ведьму или слабосилка не имеет смысла, поселок маленький, все на виду, не успеет дел наворотить. Последний раз это было лет пятнадцать назад. Да и обладателей силы тут всего ничего. Может, человек пять на весь поселок. Причем только одна третьей ступени, если мерить шкалой княжеств. У нас этому равен желтый ранг.
– Может, и правильно, – согласился Игнат. – Правда в княжествах эта проблема острее, раз в месяц да попадается одержимый, а то и чаще. А сколько всего у вас рангов?
– Белый самый высший, потом красный, желтый и последний – зеленый.
– И какого цвета Тамара?
– Красная, но на грани с белым, мама очень сильная.
– Я это на себе испытал, она так укрепила кокон Фарата, что он даже дергаться не пытается. А обычно он из вредности мог его шатать. Так, хватит о постороннем, мы зачем сюда пришли?
Он посмотрел на старика за стойкой, тому было лет семьдесят, но выглядел дед бодро.
– Здравствуй, Гир, – вежливо склонив голову, поздоровалась Мила.
– Здравствуй, Спица. Давно тебя не видел, маму навещала? Кто это с тобой?
– Коллега, звать Игнатом. Да, была в гостях. Но, Гир, время дорого, нам нужна винтовка, магазинная, не длинная.
– Желательно с руной силы, – встрял Игнат, – или с возможностью вставить руну.
– Однако, – произнес старик. – Ты, парень, не перепутал часом мой магазин с лавкой Ольгерда из Северска? У меня всего три винтовки. Одну, я думаю, ты даже в руки взять не захочешь, она старше, чем ты, Мила и я вместе взятые.
– Показывай, – поджал плечами Игнат, – а там видно будет.
Гир открыл витрину, которую Игнат не заметил раньше, и один за другим выложил на прилавок требуемое.
Хозяин оказался прав, одна винтовка, а точнее ружье, было почти копией той двустволки, что он раздолбал о перила моста, вернее, его слегка доработанная версия с одним стволом и подствольным продольным магазином на четыре заряда с рычажной перезарядкой. Силовая батарея была в прикладе, хватало ее выстрелов на пятьдесят, правда, поскольку таких больше не делали, и в силу возраста, всего скорее, заряд не держала, так что, максимум десять, может, пятнадцать, а потом пули будут из ствола выпадать в метре от стрелка. На такое оружие Игнат бы свою жизнь не поставил.
– Пять золотом, – назвал цену хозяин лавки, хлопнув это недоразумение рукой по прикладу.
Демидову захотелось завопить: «Сколько!». Но он сдержался, правда, с большим трудом. Второй образец был свежее, не такая обшарпанная, но явно не раз побывала в деле, с магазином на десять пуль в прикладе. Батарея длинная, расположенная вдоль ложи, рукоять со спуском, но вот руну поставить никакой возможности. Так же невозможно установить прицел, который у Игната в рюкзаке.
А вот третья уже похожа на качественное оружие. Винтовке тоже стукнуло не меньше десятка, и тоже побывала в деле. Клеймо частной мастерской Яр-княжества, про которую Игнат слышал только хорошее. Калибр идентичный тому, что был у него раньше. Добротное ложе черного цвета, длинна сантиметров семьдесят, батарея в прикладе, и, похоже, она копия той, что у него в рюкзаке, сразу после пистолетной рукояти шел барабанный магазин, небольшой, всего на десяток зарядов, менялся он целиком. Целесообразность данного действа Демидов не понял, отстегнув его, он осмотрел гнезда под пули: выстрел, поворот, выстрел, чуть медленнее, чем он привык. Барабан легко встал обратно, легко и непринужденно, спуск, еще спуск, еще. Мысленно он посчитал сколько надо времени на десять выстрелов, выходило чуть больше пяти секунд. На ускорении будет три или четыре, барабан просто не сможет быстрее. Почему не сделали обычный магазин, вообще непонятно.
– Сколько? – кладя винтовку на прилавок, спросил он.
Гир посмотрел ему в глаза. На мгновение его взгляд задержался на эмблеме егерей, похоже, он знал, что она означает.
– Сто двадцать, – наконец назвал он цену.
– Дорого, дед, – покачал головой Игнат.
– Бери другую, за пятьдесят отдам, – флегматично заявил хозяин лавки.
– Не годится, руну не поставлю, а на эту встанет, и приблуда моя, и усиление. Я на Тавра работаю, он башляет.
Гир задумался.
– Залоговой лист? – после большой паузы спросил он.
Мила кивнула, и выложила на стол бумагу с печатью.
– Высоко он тебя оценил, а ты мелочишься, – укорительно заметил хозяин лавки.
– Я умею считать деньги, – пожав плечами, заметил Видок, – даже чужие. Винтовка стоит семьдесят, максимум восемьдесят, даже с учетом доставки сюда. Но это новая, твоя же в деле уже давно. Батарея, могу сказать, не менялась, зато постоянно использовалась. Думаю, заряд держит плохо, выстрелов пятьдесят, может, чуть больше.
– Умный ты, – проворчал дед. – Откуда такой взялся на мою плешивую голову?
– Из тех ворот, откуда и весь народ, – скаламбурил Игнат. – И голова у тебя не плешивая, – глядя на длинные седые волосы, забранные в конский хвост, заметил егерь.
– Сколько дашь?
– Чтобы не оставить тебя в обиде, даю семьдесят, и еще пуль возьму, сейчас ей красная цена пятьдесят.
Гир задумался.
– Демоны с тобой, бери, но только из уважения к ее матери и Тавру. Сколько пуль нужно?
– Двадцать, рунных, полых и двадцать обычных стальных, пристреляться, и так, на всякий случай.
– Имеются огненные, по золотому штука, еще разрывные. Ее матушка зачаровывала.
– Беру каждых по десятку. И еще один барабан, если найдется, конечно.
– Есть как раз, но он в цену винтовки входит.
– Тогда оформляй лист.
Старик достал магическое стило, написал общую цену, и сумма на листе автоматически уменьшилась на девяносто два золотых.
Мила забрала залоговку.
– Передам Тавру, он сегодня сюда собирался, вот и рассчитается.
– Хорошо, – согласился хозяин оружейной лавки, выкладывая на стол пули. – Пистолет нужен?
– Нужен, – вздохнув, согласился Игнат, – но не сейчас, лишних денег нет.
– Для Тавра это не деньги, – попытался надавить старик.
– Может, и так, но в лишние траты я его вводить не хочу.
Игнат установил на винтовку старый прицел, снабженный руной, и повел стволом, осматривая помещение. Руна знания показало все сокрытое. Демидов от увиденного аж присвистнул.
– Гир, а не перебор такая защита?
Дед с хитрецой посмотрел на него.
– Хорошие у тебя игрушки, дорогие, – после паузы заметил он. – Тамара защиту ставила пару лет назад, изредка подновляет только.
– Я заметил тут против одержимых заклятие на входе, сигналки, сеть гибель воров. Не во всех банках такое стоит.
– Вот что значит иметь хорошие отношения с ведьмой, – усмехнулся хозяин.
Игнат сложил в рюкзак покупки, винтовку пришлось разобрать и убрать туда же, в отличие от его багги, второго крепежа под оружие у Милы в машинке не имелось.
– Прощай, Гир, – махнул рукой Игнат.
– Прощай, егерь, – отозвался хозяин и полез на высокий стул, который и занимал, когда они пришли.
– Странно, – забираясь в багги и прикуривая папиросу, задумчиво протянул Игнат, – обычно этот знак для всех загадка, а вот Гир знает, что он означает.
– Он много где побывал раньше, ходил с караванами в княжества, – пояснила Мила.
– Это многое объясняет. Ладно, поехали обратно, надеюсь, гостеприимности хозяина хватит на обед и ужин.
Но с Тавром они встретились уже на полдороге к ферме. Тот самый грузовик, что стоял во дворе, и еще один побольше шли навстречу. Мила прижала свою маленькую багги к обочине, Тавр тоже остановился, поравнявшись с ней.
– Все купил?
Игнат выбрался из машины и снова прикурил, его спутнице не очень нравился табачный дым.
– Да, залоговый лист у Милы.
Хозяин фермы взял его, посмотрел на цену, прищурился.
– Дорого. Надеюсь, ты того стоишь.
– Проверим, – пожал плечами Игнат.
Тавр убрал залоговый лист в карман.
– Я вернусь к вечеру, вас встретит моя дочь Лара, разместит, Милка с ней давно знакома. Ты все купил?
– Да, только еды собрать, но думаю, тут воспользуюсь твоими запасами.
– Правильно думаешь. Все, давайте, пора трогаться.
Грузовики ушли в сторону поселка, а багги рванула к ферме. Причем Игнат заметил, что в каждой машине по два человека, и сопровождающие вооружены винтовками, и за весь разговор они их из рук не выпускали, да еще местность постоянно осматривали.
– Часто тут нападают?
– Случается, мы – окраина, тут и нелюдь, и бандиты, всего хватает. Была даже одержимая колдунья, типа твоей Веревеи, отсюда мама знает эти проклятые руны. Одержимая убила человек двадцать. Когда наши, наконец, ее изловили, маму позвали консультантом в Северск, они общались несколько недель. А потом одержимую сожгли. Давно это было, именно тогда я подружилась с дочерью Тавра Ларкой, я жила у них, пока шло следствие.
Игнат промолчал, неожиданное откровение напомнило ему о важности его дела, и он даже усомнился в правильности своего поступка, надо ли было ему ввязываться в охоту на крайне опасную нелюдь? Но он не привык оставаться в долгу, а этот долг крови давил. И прежде, чем навсегда покинуть эти земли, его надо закрыть, иначе пути не будет.
Лара оказалась ровесницей Милы, крепкая, высокая, вся в отца, каштановые волосы забраны в толстую косу, зеленое платье до самой земли. Она встретила их на крыльце хозяйского дома и провела внутрь, показав комнаты. Сказала, что обед через час, стрельнула в Игната глазками и удалилась.
– Зачем нам раздельная комната? – начала возмущаться Мила.
– За тем, что мне нужно выспаться, завтра я не за грибами иду. А с тобой в одной постели мне отдохнуть не удастся.
– Это что, упрек или комплимент? – завелась ловчая.
– Комплимент, – стараясь притушить разгорающийся в глазах спутницы вулкан, дипломатично ответил Видок. – Где тут можно винтовку пристрелять?
Мила мгновенно утихомирилась.
– Дальше двухсот метров тебе не нужно, поэтому после обеда съездим в поле.
Игнат кивнул и зашел в маленькую комнату, похоже, в них Тавр селил сезонных рабочих – односпальная кровать, шкаф, стул, тумбочка, маленькое окно. Сев на стул, он быстро достал покупку и собрал винтовку обратно, установил прицел и свою старую батарею с руной. Та вошла, как влитая. Надежды на ту, что была установлена ранее, никакой. Он щелкнул спуском вхолостую, барабан провернулся, выброс энергии произошел. Теперь он точно знал, все работает. Снарядив барабан обычными стальными пулями, Игнат отложил свое новое оружие. Мила его несколько беспокоила, она ему, конечно, нравилась, но девушка слишком рьяно начала заявлять на него свои права, как они на крыльце тягались взглядами с дочерью Тавра. Лара сразу на него глаз положила, Игнату эта фермерская дочка была совсем не интересна, но собственничество Милы напрягло. Он привык к вольной жизни, та, что была ему дороже всех, умерла много лет назад, он сполна отплатил за ее смерть, но ее не вернешь. Много с тех пор было у него женщин, но все они не задерживались в его жизни.
И стоило подумать о ней, как вот она, стоит перед его глазами, магичка четвертой ступени, яркая, как всполох огня, рыжие волосы, как пламя костра, множество веснушек по всему телу, немного бледная, как свойственно большинству людей с подобным цветом волос, у нее редкие золотистые глаза, которые по-прежнему смотрят на него с любовью. Игнат не видел, как ее жгли, он видел только разоренный дом со следами пуль на стенах, несколько трупов крестьян, убитых заклинаниями. Верный мертвый Буран, помесь волчицы и волкодава, разрубленный огромным топором дровосека, на его клыках осталась кровь, и на земле вокруг ее немало. Рядом тело какой-то здоровенной тетки, больше напоминающей нелюдь, чем человека, у нее в руках зажата коса. Пес дорого дался нападавшим. Выбитая дверь, разбросанные по полу вещи, затоптанный факел. Разбитая кружка, на которой изображены знаки богини, хранительницы очага. Игнат тогда упал на колени и лупил кулаками в пол, он выл от отчаяния, перемешанного с ненавистью. Когда багги влетела на центральную площадь маленькой деревни, всего два десятка домов, костер еще дымил.
– Игнат, – пробился сквозь горькие тяжелые воспоминания голос Милы, – Лара обедать позвала, пошли к столу.
Демидов с трудом поднялся, стараясь прежде, чем обернется, стереть с лица воспоминания о событиях того жуткого дня.
Стол богатым назвать было сложно: каша, мясо, свежие овощи, грибы маринованные, бутылка самогона, но к ней Демидов не притронулся. За обедом дуэль взглядов продолжилась, и егеря это начало злить. Разговор не клеился, Лара что-то спрашивала, он чисто механически отвечал. Наверное, если бы все было по-другому, он бы пустил ее в койку, но на данный момент она его не интересовала. Обед закончился в тяжелом молчании, и все участники были рады, что все осталось позади. Наверное, плохо, что жена Тавра к обеду не вышла, со слов дочери ей нездоровилось, и еду подняли в комнату. Может, она смогла бы разрядить обстановку, не стала бы она клеиться к проезжему охотнику на нелюдь, хотя всякое бывает.
Винтовка Игнату очень понравилась, мишень в виде наскоро сделанного из пяти досок щита, установленная на двух сотнях, лишилась центра, пять зарядов легли точно в ладонь, даже без пристрелки, еще пять он выпустил на скорость, вышло чуть медленнее, чем со старой, сказался барабан, как Демидов и предполагал.
Игнат вернулся к багги, где пряталась от измороси Мила. Девушка наблюдала за ним с большим интересом.
– А ты умеешь делать что-то плохо?
Игнат пожал плечами, вытирая сидение и забираясь в машину.
– Да почти все. Я только убивать умею хорошо. Все остальное так себе.
– О чем ты думал, когда я пришла позвать на обед? У тебя был такой подавленный вид, а когда ты повернулся, в глазах плескалась боль.
Видок матюгнулся про себя, у некоторых женщин очень длинный язык, стрельба отвлекла его от грустных размышлений, и вот теперь всего одной фразы Мила снова окунула его в пучину воспоминаний.
Первой умерла деревенская колдунья, без ее защиты это мужичье не смогло бы справиться с Анной. Кинжал свистнул в полете и пробил грудь ведьмы, та даже не успела поставить щит, так и рухнула спиной в дымящиеся угли. Игнат выхватил из машины винтовку и начал стрелять в толпу, люди падали, несколько мужиков попытались стрелять в ответ, но паника разбегающихся людей мешала им прицелиться, те боялись зацепить своих. У Демидова тут были только враги. Он убил стрелков, ненависть застилала ему глаза. Площадь опустела, остались только истекающие кровью куски мяса. Он сменил магазин и пошел по домам. Кровавый туман затопил сознание, джинн, питающийся смертью, отдавал часть эмоций, и это окончательно превратило его в зверя. Когда Игнат пришел в себя, маленькая деревня посреди диких земель, которая наняла его отчистить земли от тварей, пылала до последнего дома. Везде лежали тела. Он не стал смотреть на них, эти куски мяса были ему не интересны. Медленно, передвигая тяжелые, словно отлитые из чугуна ноги, он дошел да площади, вытащил из груди колдуньи кинжал, после чего свалил столб, к которому была прикована Анна, и разбил замок на цепях. Достав из багги свой спальник, он бережно уложил в него обугленный труп самой прекрасной женщины на свете, после чего отнес теперь уже совсем легкое тело в машину. Он не думал, что убил здесь десятки людей, без жалости и сожаления, он думал только о том, что эти люди забрали у него самое дорогое, часть его покалеченной души. Те, кого он должен был защищать, стали нелюдями, которых он обязался убивать. И эта мысль принесла покой в его разорванную душу.
– Будь ты проклят, – раздался за спиной женский голос. – Она убила дочь старосты, навела на нее чары.
Игнат не обернулся.
– Ты лжешь, – ответил он и вскинул винтовку, стрелял не глядя, на голос, и попал, во всяком случае, предсмертный хрип и падение тела сказали ему, что все кончено.
Багги почти бесшумно тронулась с места, унося его от полыхающей деревни. Пусть горит, как сгорела его любовь. Игнат похоронил Анну глубоко в лесу на чудесной поляне, полной фиолетовых цветов, которые прекрасно звенели под порывами легкого ветерка. Никто не узнал, что случилось в этой маленькой деревне, не задавал ему вопросов, не тыкал пальцем, крича «убийца»…
– Игнат, ты слышишь меня? – пробился через звон цветов голос Милы, она была встревожена не на шутку. – Что с тобой, ты вообще здесь?
– Помолчи, и просто отвези меня назад.
Мила растеряно замерла, она, видимо, хотела что-то сказать, но передумала. Молча пристегнув ремни, девушка завела багги и, не торопясь, поехала к ферме, до которой рукой подать.
Весь вечер Игнат был мрачен. Вернувшийся к ужину Тавр пытался поговорить с ним, но егерь отвечал односложно, общими фразами, и он отстал. Не преуспела и его жена Олена, высокая полноватая женщина лет пятидесяти. Развернуто он ответил только на один вопрос работодателя.
– Когда идешь, и что тебе еще нужно? – спросил хозяин фермы, глядя на Демидова в упор.
– На рассвете, – нехотя произнёс Игнат. – Меня отвезет Мила, потом вернется. С собой нужна только провизия, еды на три дня, что-то не тяжелое, вяленое мясо, крупы немного, котелок небольшой не помешает, свой я потерял, хлеба или сухарей. Есть слабое яблочное вино?
Тавр кивнул.
– В одну флягу его, в другую воду, – продолжил Видок. – Больше ничего не нужно.
– Лара, собери необходимое, – приказал хозяин фермы.
Через десять минут принесли припасы. Прикинув на глазок запас продуктов, Демидов пришел к выводу, что этого должно хватить.
– Спасибо, – он окинул взглядом собравшееся в гостиной семейство фермера, – увидимся через три дня. Мила, жду тебя утром у крыльца, светлеет часов в пять.
Дочка ведьмы кивнула, но Игнат уловил неуверенность, откуда она взялась во взгляде ловчей, было непонятно.
– Вот, возьми, – Мила протянула ему специальную кожаную сумку, на которую были нанесены руны заморозки.
Егерь улыбнулся, как же он мог забыть, Ветрюх нелюдь полезная, ее печень, иглы с хвоста, кровь, глаза идут в зелья. А еще шкура, шкуры этой крылатой погани очень любят магички, да и сам бы он не отказался от куртки из нее. Крылатые змеи способны поглощать магию, не самую сильную, но если в него попадает заклинание воздействия, вроде оглушения, усыпления или морока, чары тут же сбоят. И если повезет, Игнат добудет себе шкурки, а Тамара получит два комплекта потрохов. А может, не Тамара, как фишка ляжет, деньги Игнату пригодятся. Прежде чем соваться обратно в портал, нужно прикупить пистолет, хотя, по правде, он рассчитывал на трофеи с погибших ловчих.
Собрав рюкзак, он поставил его рядом с винтовкой, разделся и забрался под одеяло. Интересно кто? Ждать пришлось не долго, шаги в коридоре, мягкие, осторожные, неужели глупышка Мила? Нет, у той поступь легче. Значит, Лара. Он приоткрыл кокон и приказал Фарату показать, кто за дверью. Образ пришел мгновенно. Молодая служанка, маленькая, кругленькая, стояла и в нерешительности мялась у входа, держа в руках кувшин. Похоже, это предлог, который она выдумала для посещения.
– Уходи, – негромко, но так, чтобы девушка услышала, попросил Демидов.
Раздались удаляющиеся шаги, первая атака отбита. Но как ни странно, других не последовало. Похоже, Мила и Лара договорились не трогать его и дать выспаться. Он уснул быстро, лет двадцать назад он бы мучился, ворочался с боку на бок, и только через несколько часов смог бы забыться беспокойным сном, но годы рисковой работы приучили его отрубаться мгновенно, невзирая на обстоятельства, не было больше волнения.
Игнат проснулся сам без всякой побудки, едва только солнце поднялось над горизонтом. Он быстро умылся и почистил зубы, маленький умывальник, как и большинство бытовых вещей в этом мире, приводился в действие заклинанием, а вот туалета в комнате не имелось, это была пристройка, где жила прислуга, и сортир располагался в конце коридора.
Наконец, приведя себя в порядок, он заглянул на кухню, та самая служанка, что собиралась навестить его, покраснев до кончиков волос, указала на стол, где был легкий завтрак на двоих. Не успел Игнат сесть, как появилась Мила. Она, ни слова не говоря, заняла место напротив и, молча взяв хлеб, намазала его малом, положив сверху колбасу, ароматную, копченую с кружками жирка.
– Как спалось? – ядовито поинтересовалась она.
– Да отлично спалось, – принял игру Демидов, это собственничество бесило все больше, – ты в одной кровати, я в другой, все, как договаривались.
– И Ларка не мешала? – яду в голосе прибавилось, причем ощутимо.
– Мила, уйми свою ревность. Я понятия не имею, где спала дочь почтенного Тавра, но точно не у меня. Если ты решила меня разозлить перед началом охоты на крайне опасную тварь, то считай, тебе удалось. И вот что, ты, похоже, ошибочно решила, что у тебя есть на меня какие-то права. Ты очень хорошая, но вот что я тебе скажу, я свой собственный, скоро я буду за тысячи километров от этого места, и наш военно-полевой роман будет закончен. Он был ярким и хорошим, но если ты решила, что я останусь с тобой, или ты пойдешь со мной, то я тебя разочарую, у нас разные дороги. Мы поняли друг друга?
Судя по ошарашенному лицу девушки, она подобного жесткого быстрого разговора не ожидала. Похоже, у нее имелся какой-то план, возможно, они разработали его вместе с Тамарой, но сейчас он медленно разваливался на части. Наконец, она взяла себя в руки, бросив злой взгляд на служанку, с издёвкой поинтересовалась:
– Но до прохода в портал заезжий егерь трахнет меня еще пару раз, или ему кто другой приглянулся?
Игнат унял расползающуюся по организму ярость.
– Посмотрим. А теперь жуй и поехали, если, конечно, не передумала меня везти.
Мила молча откусила бутерброд, запивая чаем, и за весь завтрак не произнесла ни слова.
В дверях, ведущих на улицу, они столкнулись с Тавром. Тот был мрачен.
– Едешь?
Игнат кивнул, не понимая, к чему этот очевидный вопрос.
– Ночью задрали двух овец, – грустно вздохнув, заявил фермер.
– Я ожидал этого, – спокойно ответил Демидов. – Лучше они, чем я. Теперь твари сыты минимум на двое суток. Очень не хочется встречаться с парочкой голодных вертюх. Они и так не подарок.
Тавр окинул его изучающим взглядом.
– Удачи.
– Лучше успеха, – ответил Игнат и сбежал с крыльца.
Мила последовала за ним. Протерев сидение, она заняла место водителя, ожидая, когда он разложит вещи. Судя по ее взгляду, он была сильно обижена на то, что он сказал ей за столом, но Видок знал, девочка она большая, переживёт. Протерев свое сидение, он забрался внутрь и пристегнул ремни.
– Давай вон к той горе, – указав рукой, попросил он, – попробуем найти следы моих предшественников.
Мила молча тронула багги с места, похоже, она теперь долго будет молчать, к лучшему. А если еще и от иллюзий избавилась, вообще здорово.
Назад: Глава седьмая Дикие земли
Дальше: Глава девятая Работа, которая была не нужна

ralousKip
Я извиняюсь, но, по-моему, Вы ошибаетесь. Предлагаю это обсудить. Пишите мне в PM. --- Очень ценное сообщение играть кс в браузере, мучение куклы 2 а также ультраниум машина ест машину 4 смотреть онлайн бесплатно
chocdiket
угу,ну давай,давай))) --- Прошу прощения, это не совсем то, что мне нужно. посмотреть карпов 2 сезон все серии, ютуб свати 7 сезон всі серії и вечная сказка смотреть онлайн обратная сторона луны второй сезон смотреть онлайн
glucwardBaw
Буду надеятся что втарая часть будет не хуже первой --- Вы не ошиблись майнкрафт делать скины, скины майнкрафт по а также карты 1.12 скин делать майнкрафт
enadFam
Я пожалуй просто промолчу --- все прям профи такие.... fifa 15 by xatab скачать торрент, скачать игру fifa 15 ultimate или скачать fifa 15 16 17 скачать fifa 15 без вирусов