Книга: Брошенная колония
Назад: Предисловие
Дальше: Глава вторая Замок на западе

Глава первая
Заказ

Игнат поежился. До осени было еще далеко, но ночь выдалась холодной. Снаружи уже два дня лил дождь, правда, лил, сильно сказано, то обрушивался кратковременным потоком, то почти стихал до мелкой водяной пыли, висевшей в воздухе. Лесовики такую погоду не любили, им бы солнышко жаркое.
Мерзкая погода спутала Игнату все карты. Взяв контракт на уничтожение лесовиков, напавших на бродячих артистов, он застрял в этом опустевшем поселке, твари затаились где-то в своих теплых сухих подземных убежищах. Все, что ему удалось, так это осмотреть место нападения. Но ничего необычного он там не нашел: кровь, разбросанные вещи, разбитая машина. Тел лесовики никогда не оставляли. Во-первых, если их противник погибал в бою, его утаскивали, чтобы сожрать, во-вторых, если кто-то выживал и был не сильно ранен, его забирали и сжирали позже – этакие консервы.
Игнат подкинул еще веток в костер. След напавших на артистов тварей смыла вода, но он знал, что их логово где-то рядом, редко когда те уходили далеко от своих территорий. Там, под землей, в глубоких пещерах и норах у них настоящие хоромы. Жили они стаями, от шести до двенадцати особей. И только егеря были приспособлены для борьбы с чужаками.
Из циркачей спасся только один мужик то ли гимнаст, то ли жонглер. Он вскарабкался на дерево и сидел там, пока его не подобрали дружинники, которые таскались куда-то по своим делам. Все произошло очень быстро и вполне дежурно, лесовик заскочил на крышу фургона и разбил боковое окно, водитель крутанул руль, и фургон циркачей улетел с дороги, после чего твари вскрыли его как консервную банку. Артисты, со слов выжившего, пробовали отбиваться, но против быстрых стремительных тварей не потянули. Двоих – певичку и клоуна – лесовики загрызли, что не дожрали сразу, утащили. А вот импресарио, который обделался от страха, увели под конвоем. При этом, со слов то ли Ивана, то ли Степана, Игнат не запомнил, как этого древолаза звали, лесовики заставили того тащить оружие и сундук с деньгами труппы. У них было два энергетических пистолета и даже три рунных пули из чистого железа. Вся пришедшая нежить боится чистого железа, а если уж на нем руны… Правда, в неумелых руках это совершенно бесполезная вещь. Даже если есть у тебя оружие, но ты не умеешь им пользоваться, что толку? Все равно, что его нет.
Игнат погладил лежащий рядом слегка изогнутый утяжеленный кинжал из чистого железа сорока сантиметров вместе с рукоятью. Он носил его на груди острием вверх, извлекал быстрее, чем за секунду. Тяжелое лезвие могло рубить и колоть, а что размер не велик, так у Игната длинные руки. Его собратья по ремеслу пользовались самым разным оружием, был даже егерь, который носил шашку за спиной, подражая герою какой-то книжной саги про убийцу чудовищ, древней-предревней, пришедшей еще со старой Земли, и даже там она была написана несколько веков назад. Этот метод ношения оружия его и сгубил – не успел быстро извлечь. Остальные предпочитали что попроще – метательные ножи, кинжалы, короткие мечи, обычные боевые ножи. Короче, кто во что горазд. Из дальнобойного оружия брали ружья, винтовки и пистолеты усиленные рунами. То, что лупило очередями, Егеря не любили, перевод дорогих боеприпасов.
Игнат предпочитал скорострельную магазинную энергетическую винтовку с руной силы. Ох, и баснословных денег ему стоил этот довесок, но мощность возросла вдвое, правда, кучность чуть снизилась, но ста метров по его запросам было вполне достаточно. Посмотрев на патронташ, в котором осталось всего двенадцать рунных пуль, он подумал, что неплохо было бы закупиться в ближайшем оружейном. Сейчас хватит, а вот на следующую работу уже точно нет. Гнездо лесовиков редко бывает большим, от шести до двенадцати, хотя последнее редкость, чаще не больше десятка. В одном таком его едва не прикончили, тогда ему едва хватило сил залезть в багги и выехать из глухомани, где на дороге его и подобрали торговцы.
Игнат снова подкинул веток в огонь. Он уже примерно вычислил, где логово, а руна поиска поможет ему найти потерянный накануне след, который приведет его к лесному убежищу.
До рассвета осталось чуть больше часа, спать не хотелось, егерь выспался в ливень. Дождь гарантировал почти девяностопроцентную безопасность, если, конечно, не спать рядом с логовом. Очень немногие твари охотились в дождь. Одно из самых редких исключений – водяные, жили они исключительно в сырости – в болотах, в озерах, в тихих заводах рек. На сушу выбирались редко, как раз в такую погоду, на людей нападали не часто. Основная пища – различное зверье, пришедшее на водопой, и рыба. Человека атаковали только, если он в наглую влезал на их территорию или имел глупость расположиться не дальше километра от их водоема. Здесь, в брошенной деревне, рядом ничего такого не было, поэтому егерь позволил себе спокойно отдохнуть.
Рассвет Игнат встретил, закидывая свои вещи в багги. Машинка была отличная, досталась по наследству от погибшего приятеля, быстрая, двухместная, с магическим движком, вместительным багажным отсеком, крышей, окна были забраны специальной прозрачной гибкой пленкой, довольно крепкой. Все это позволяло путешествовать по пустошам вполне комфортно и даже относительно безопасно.
Колония хоть и откатилось в развитии, но магия дала толчок новым технологиям. Волшебницы, чаровницы или ведьмы стали самыми влиятельными в городах, королевствах, княжествах. Ни одно значимое решения владык не обходилось без них. Даже войны не начинались без их одобрения. За это их боялись и ненавидели. Хорошо хоть они были не бессмертными, и когда переступали черту, за ними посылали инквизицию, надо сказать, организацию специфическую. Если магички – женщины, повелевающие энергией, то инквизиторши – их полная противоположность – женщины, на которых совершенно не действуют чары.
Погода потихоньку налаживалась. То ли ветер помог, то ли маги где поколдовали, но тучи уходили дальше на восток, а над лесом поднималось ярко-красное солнце. День обещал быть жарким. Правда, для Игната это скорее проблема, чем подспорье – лесовики могли снова уйти на дорогу охотиться.
Егерь с тоской подумал, что неплохо бы покурить, но в пустошах это было роскошью, табачный дым лесовики, да и прочие твари, чувствовали за несколько километров. Сколько егерей и просто вольных охотников сгинуло по глупости, не сосчитать. Поэтому пока он не окажется на трассе в относительной безопасности, о папиросе можно забыть.
Движок тихонько завибрировал, это тебе не бензиновые древние моторы, о которых он только читал, и которые было слышно на всю округу. Даже первые поселенцы никогда не видели таких. Сначала все работало на электричестве, а вот теперь на магии, раз в месяц обновил заряд у магички, и все в норме. Были энтузиасты лет сто назад, которые изготовили двигатель на основе элемента, залегающего на планете, но он был дороже, его добывать нужно. А энергия, энергии полно, она везде. Попотеет магичка часик, получит десяток чеков серебром, и все счастливы, полного заряда хватает на тысячу километров. А уж если страшно без запаса, то можно аккумулятор прикупить, будет еще на тысячу. Правда, сам магический движок не из дешевых.
Игнат уселся за руль, предварительно протерев сиденье сухой тряпкой, все-таки багги не полноценная машина, кое-где протекает. Да и пластиковая крыша уже не одну штопку пережила, надо бы новую поставить, но то времени нет, то денег, а то и того и другого.
Ехал Игнат не торопясь, дорога была одно название – сплошные ямы, заросшие травой. Руна поиска мерно отбивала ритм на запястье. След обнаружился через два с половиной часа, и вот теперь руна пульсировала все сильнее, сообщая, что логово, куда приволокли человека, все ближе. Дорогу давно забросили, здесь одно поселение километрах в десяти от трассы разорили бандиты еще лет пятнадцать назад вот люди и ушли.
Игнат достал винтовку, которая мало напоминала то, что принято было именовать данным термином в двадцатом веке. Больше всего она походила на прямоугольник длинной пятьдесят сантиметров и шириной двадцать пять с пистолетной рукоятью, в которую вставлялась десяти зарядный магазин, ствол находился в верхней части, а все, что снизу упрятано в защитный кожух, было энергетической батареей и руной из природного горного хрусталя.
Достав прицел, снабженный руной знания, позволяющей видеть скрытое, и установив его на винтовку, егерь начал изучать будущее поле битвы. На этот раз он пришел туда, куда надо. Лесовики были тут. Больше всего они походили на четверолапых горбатых тварей с большой пастью, в которой было два ряда зубов. Идеальные охотники за людьми, быстрые и сильные, иногда наделенные способностями. Пятеро лесовиков. Сейчас они сидели кружком на большой поляне и смотрели в небо прямо на солнце, которое поднялось над лесом. Позади них овраг, в котором, похоже, и располагался вход в их логово. Игнат усмехнулся: «Устали от дождя и сырости, радуются. Ничего, сейчас я доставлю вам радость». Джинн внутри Игната ощущал человека, похоже, пленник еще жив и был где-то рядом.
Егерь положил винтовку на водительское сидение, снял дорожный плащ и извлек из рюкзака кольчугу из чистого железа – еще одну бесценную вещь в его арсенале. Пару лет назад его тяжело ранили, денег на лечение не было, а в засраном маленьком городке не оказалось офиса братства егерей, где он всегда мог найти хлеб, ночлег и кредит. Вот и пришлось платить за постой и лечение звеньями кольчуги, хотя не так уж и много пришлось снять, всего один ряд. Чистое железо стоило почти как золото, может, только чуть дешевле. Но для большинства нелюдей прикосновение к нему, даже мимолетное, как сунуть лапу в чан с кипятком или в костер.
Сверху Игнат накинул жилет из толстой свиной кожи, закрепил слева на груди железный клинок, сунул в кармашек дополнительную обойму с последними рунными патронами. После чего закатал рукав и достал два клейма. Он уже давно привык молча переносить боль от клеймения. Магические клейма рун исчезали через несколько часов, но давали ощутимые преимущества в битве с тварями. Стиснув зубы, он взял в руки первое тавро с руной воина, раскаленный металл зашипел, оставляя на коже огненный рубец в виде стрелки вверх, он несколько секунд сиял огнем, потом побледнел. Руна была очень сильной, давала интуицию и выносливость в бою. Игнат выдохнул и перевел дух. Теперь нужна руна защиты от темного воздействия, многие нелюди могли ударить тем, что называлось темной энергией, погрузив человека в иллюзию, в которой он оказывался беспомощен перед нападением, или беря свою жертву под полный контроль на некоторое время. Тавро в левую руку магическое клеймо на правое предплечье, снова шипение раскаленного металла, остужаемого кожей. Эта руна полыхнула уже золотом. У каждой руны свой цвет, например, руна здоровья и лечения болезней всегда полыхала зеленью, и была самой безболезненной из всех. Теперь осталось последнее – скорость и стремительность, магичкам так и не удалось облечь их в руну, поэтому Игнату очень повезло, что он все-таки маг, хоть и слабый, но на это заклинание ему сил хватит, иначе бы пришлось покупать очень дорогие зелья. Буркнув про себя формулу, он почувствовал, как все тело взбурлило. Сейчас он мог пробежать стометровку за пару секунд, но у этого заклинания имелась пара минусов, оно было недолговечным, не больше десяти минут, и очень болезненным после прекращения действия, когда организм начинал восстанавливать обычный ритм работы. Подавленный джинн внутри Игната взбрыкнул, он очень ненавидел эти чары. Но егерю было глубоко плевать на мнение сожителя. Последнее приготовление – шипастые железные наручи.
Взяв винтовку, и еще раз осмотрев в прицел территорию, Игнат побежал через подлесок. Ветер свистел в ушах, сейчас надо было подобраться с подветренной стороны. Пока лесовики греются под лучами, их мало что интересует. Но если они учуют, придется начинать бой на их условиях, а этого Игнат не любил, даже при самом плохом раскладе первый выстрел всегда должен оставаться за егерем, так их учили, так поступали егеря вот уже четыреста лет.
Позиция нашлась довольно быстро – старый пень огромный и насквозь гнилой. Сейчас он скрывал егеря от сидящих тварей, а подветренная сторона не давала его унюхать. Присев за бетонным расколотым кольцом, Игнат вскинул винтовку, взяв на прицел лесовика с дряблой кожей. Уродливая морда приблизилась, дистанция, на которую удалось подойти, была смешной, тяжелая пуля разнесет голову твари с первого выстрела, тут даже рунный патрон не нужен, без башки нелюдь не сможет регенерировать. Правда, потом все равно придется кинжалом добивать. Уничтожить тварь просто так нельзя, а если и можно, егеря этого секрета еще не знали. Маги постоянно экспериментировали, но результата не добились, так что, для финальной части требовался нож с рунами разрушения духовной силы.
Игнат вдохнул, зафиксировал ствол на цели, и нажал на спуск. Все произошло так, как и должно: тяжелая десятимиллиметровая полая пуля снесла голову старого лесовика, обдав кровавыми брызгами, перемешанными с железными пылью, двух выродков, сидящих с ним рядом. Те дернулись и закрутились на месте, жалобно то ли воя, то ли крича, когда пыль попала на их кожу. Благодаря заклинанию, Игнат успел нажать спуск еще раз, всадив заряд в сильного крепкого вскочившего лесовика. Тот рухнул на траву, катаясь и выдирая когтями здоровенные куски дерна. Для егеря он был уже безопасен, чистое железо не даст ему регенерироваться, и хоть пуля и не попала в сердце, металл отравил кровь погани, потом останется просто добить кинжалом.
Поляна, где грелись на солнце нелюди, опустела, мертвая тишина повисла над лесом. Твари скрылись среди кустов и деревьев, а Игнат наоборот рванулся на открытое пространство, в лесу среди деревьев лесовики – это верный приговор даже для такого опытного егеря.
Врагов осталось трое, не считая недобитка, и они опасны. Что-то стремительно бросилось на егеря с ближайшего дерева, нелюдь умудрился бесшумно запрыгнуть наверх и сиганул с пятиметровой высоты. Тварь была быстра, но ее враг был еще быстрее. Выставив лапы, она летела на Игната, но, не долетев два метра, получила рунный заряд прямо в брюхо. Пуля отшвырнула ее на землю, а тяжелый сапог с железным носком пробил прямо по морде.
Егерь огляделся, осталось двое. Первого он подстерег на перебежке, и промазал. Ну как промазал? Пуля угодила в переднюю лапу и начисто оторвала ее. Лесовик заорал и покатился кубарем, вскочить он уже не успел, второй выстрел разворотил позвоночник.
Игнат замер посреди поляны, переведя дух, прыгун с дерева заставил его понервничать, если бы не ускорение, запросто снес бы ему пол-лица, а то и вовсе голову оторвал.
Последний где-то затаился, и это плохо. Через четыре минуты, или чуть больше, действие ускорения кончится. Это, конечно, не уложит егеря на землю, но ему будет хреново, так что у твари появятся шансы разобраться с ним. Сила, бурлившая в нем, пытаясь помочь своему хозяину, обострила слух, зрение, обоняние, но ничего не говорило о том, что где-то рядом есть тварь.
И тогда Игнат, сложив пальцы в магический пасс, ударил рассеиванием. Крайне полезное заклинание из его небольшого арсенала, правда, это мгновенно уменьшило его энергетический резерв вдвое. И снова ничего, словно твари и не было, но нелюди не убегают, особенно, если защищают логово. Стремительное движение справа он зацепил только краем глаза и выстрелил навскидку. Пуля угодила в несущуюся на него тварь, прошла насквозь и срубила под корень молодую елку. «Фантом, твою мать!» – успел подумать егерь, когда на него сверху обрушился последний лесовик. Удар был такой силы, что винтовка отлетела метра на три, а сам Игнат вместе с вцепившейся в кольчугу тварью покатились по земле. Правда, чистое железо лесовику очень не понравилось, он взвыл и отскочил в сторону.
На ногах они оказались одновременно, пнув противника, егерь отскочил и обнажил кинжал, со свистом крутанул в руке, призывая тварь атаковать. Тот не торопился лезть на клинок и медленно пошел по кругу, словно кот, прижавшись к траве, готовясь к стремительной атаке. Игнат же поворачивался следом, не давая твари зайти за спину. Вообще, если бы не кольчуга и не воротник из колец, все было бы уже кончено, тварь оказалась со способностью к силе.
Тридцать секунд, лесовик не торопился, время Игната утекало, словно вода сквозь пальцы, еще пару минут, и заклинание скорости прекратит свое действие.
– Зачем ты пришел? – вспыхнул в его мозгу вопрос.
«Бл…, телепат», – мысленно выругался егерь, похоже, сегодня ему предстоит умереть. Как же он ошибся с первой жертвой, но кто же знал?
– Нельзя убивать людей, – послал он мысленный ответ.
– Можно, – отозвался лесовик. – Вы убиваете нас, мы убиваем вас. Так выглядит мир уже много лун. Но вы проигрываете. Скоро произойдет нечто, что навсегда изменит вас.
– Заткнись, – прошипел егерь. – Сегодня ты сдохнешь, остальные сегодня сдохнут, и еще многих я убью.
– Конечно, егерь, так все и будет, – мысленно ответила тварь. Она чувствовала джинна внутри своего врага. – Спроси того, кто внутри тебя. Спроси, и он ответит. Мы всего лишь, как вы, люди, говорите, пешки.
Тварь рванулась вперед, оттолкнувшись задними лапами, она была быстра, но Игнат оказался еще быстрее, его левая рука ударила шипованным наручем по морде лесовика, а правая рубанула кинжалом по шее. Тот рухнул ему под ноги, заливая сапоги егеря черной кровью. Игнат нагнулся и тремя ударами отделил башку измененного от шеи. Но прежде, чем тварь окончательно подохла, она успела послать одинокую мысль:
– Для нас все только начинается.
Игнат облегченно вздохнул и, подойдя к винтовке, валяющейся в траве, опустился на землю, положив оружие к себе на колени. Действие заклинания закончилось, судорога прошла по телу, начни тварь атаку на минуту позже, и это он бы лежал там без головы. Хорошо, что их было только пятеро, а если семь? Конечно, последний лесовик оказался особенным, очень сильный дар среди тварей редкость. Этот был действительно сильным. Но сути дела не меняет, сегодня Игнат чуть не превратился в корм.
Долго рассиживаться было нельзя, три раненые твари валялись по поляне. Поскуливая, они дергались под воздействием яда, чистая железная пыль, находящаяся в пулях, жгла их внутренности. Но если оставить все, как есть, они рано или поздно справятся и регенерируют. Маги постоянно ставили эксперименты, нелюди могли справиться дней за пять. Сильные экземпляры вроде упырей и старших оборотней, могли управиться за пару суток. А ведь были еще высшие вампиры, большая редкость. За последние сто лет егеря трижды сталкивались с ними, и все три раза кровососы побеждали. Лишь однажды почти двести лет назад удалось захватить такого, и говорят, он регенерировался меньше чем за час.
Наконец, Игната перестало трясти, организм вернулся в естественное состояние, и теперь пора было закончить начатое. «Глаз» на плече – маленький серебряный кружок с заклинанием запоминающего взгляда, уже исправно сохранил все события, что произошли в бою. Теперь осталось предъявить их заказчику и получить денежки. Но сначала, разобраться с все еще живыми тварями и их логовом. Похоже, логово тут было старое, эти места давно обезлюдили. Не сказать, что данный заказ оказался чем-то из ряда вон, бывало и хуже.
Игнат поднялся и пошел к первой дергающейся твари, той, что подстрелил сразу после лесовика, которому снес башку. Несколько ударов тяжелым лезвием, и голова отделяется от тела. Затем прыгун, процедура повторяется. Далее бегун без лапы. Теперь все точно умерли, но работа не закончена. Снести голову мало, надо разрушить внутреннюю сущность тварей. Даже магички не могли объяснить, что это такое. Но вот если не убить ее, то выберется и пойдет эта сущность гулять по округе, и рано или поздно найдет живую тварь, которую лесовики не съели раньше, и овладеет она ей через глаза, и тогда начнет безумное животное или человек убивать всех подряд. Игнат с силой вонзал в сердце лесовика специальный маленький нож с рунами, не боевое оружие, каждый егерь имел такой заклятый нож, после удара ждал минуту, вытаскивал клинок из тела и переходил к следующей твари. У ножа был еще один секрет, мало кто кроме егерей его знал или даже слышал, нож впитывал в себя сущность, и с каждым поглощенным он становился чуть сильнее. Однажды Игнат общался с егерем, нож которого питался духами больше пятидесяти лет. Он изменился, стал больше, руны засияли ярче, и тот клялся, что после гибели сущности тело нелюди само распадается в прах, причем поглощение идет гораздо быстрее. Хотя егеря известные фантазеры, обывателям они любят всякие страшилки рассказываться в надежде на халявную кружку пива или вина, и могут кормить людишек байками до посинения, но собратьям по ремеслу никогда не врут. У своего ножа Игнат особых изменений не замечал, разве что тот стал острее, никогда не затуплялся, ну может, лезвие удлинилось на пару миллиметров.
Следом необходимо стащить тела в одну кучу. Надо сказать, работа не из легких, пара выродков отожрались до полутора сотен килограмм. На это ушло еще минут двадцать. Игнат вымотался, но скоро все будет кончено. Остатки магического резерва егерь тратить не стал, поэтому сходил к багги за специальным составом, который мог поджечь все на свете. Сбрызнув трупы нелюдей, он чиркнул магической зажигалкой, и пламя радостно начало пожирать все, этот огонь мог жечь даже сталь.
Игнат опустился на траву так, чтобы сладкий запах горелого мяса уносило в сторону. Четыре золотых чекана – вполне приемлемая плата за такую работу, ведь если бы не последняя тварь, все прошло бы более гладко. Надо бы логово осмотреть, зверье зверьем, но лесовики предпочитали жить как люди, спать на подстилках, жечь огонь, который согревал их холодными ночами. Ему повезло застать их снаружи всех вместе. В помещении или подземных пещерах эти твари легко бегали по стенам и потолку.
– Пора заняться логовом, – закидывая винтовку за спину и вставая, подвел итог Игнат.
Он спустился в овраг и, как и ожидал, обнаружил вход в пещеру, внушительный такой, метра два в высоту и столько же в ширину. Лесовики были одним из немногих видов нелюди, которые отлично рыли подземные катакомбы. Включив фонарь, егерь вошел внутрь. Сразу за порогом он почувствовал запах гнилого мяса – неотъемлемый атрибут логова тварей. Скорее всего, где-то была яма, куда просто сбрасывали остатки.
Посветив фонарем, Игнат нашел ход, ведущий вглубь. Он спускался под небольшим углом, его перекрывала грубая дощатая гнилая дверца. Егерь на это только хмыкнул, он уже встречал подобное, и не один раз. Егерь толкнул ее, та, скрипя, отворилась. Запах стал невыносим, пришлось выйти наружу и прогуляться до багги, которую оставил метрах в семистах за густыми кустами. Попутав меж деревьев, он перегнал машину поближе к оврагу.
Игнат достал шейный платок, одна знакомая магичка зачаровала его специально для таких случаев, и тот всегда пах лесом. Надев платок и натянув его на нос, снова отправился в подземелье, теперь можно было дышать совершенно спокойно. Ну что ж, вполне обычное логово, кости в яме с остатками гнилого мяса, пять лежанок – обычные хвойные лапы, ну да измененные всегда неприхотливы.
Джинн внутри по-прежнему больше ничего не чувствовал. Все лесовики мертвы, и единственным живым существом помимо Игната в логове был импресарио. Фонарь в левой руке снова обежал первую пещеру, вроде никого, где же последний артист? Ход оказался под остатками какой-то ткани. Игнат подошел и резко рванул ее вниз, срывая с деревянных крюков. Там обнаружился спуск довольно крутой, не горка, конечно, но наклон приличный.
– Есть кто живой, отзовись? – крикнул егерь.
Внизу что-то завозилось, замычало, раздался стук по дереву. Похоже, нашелся последний из артистов, лишь бы его не отравили. Одной из неприятных способностей лесовиков было то, что если они кусают жертву, выделяя яд, то человек превращается в живого мертвеца, этакая консервация.
Егерь спустился по довольно крутому ходу и оказался в земляном подвале. За решеткой из связанных жердей сидел импресарио. Из клетки раздалось призывное мычание. Игнат посмотрел на последнего выжившего артиста.
– Сейчас освобожу, потерпи, – он подошел к дверце, на которой висел старый ржавый замок. – Однако, – присвистнул он и, дважды пнув по дверце, выбил ее внутрь. Подойдя, он склонился к пленнику и вытащил кляп. – Ты импресарио?
Тот закивал.
– Мужик, а ты кто?
– Хрен в пальто, – ответил в рифму Игнат. – Егерь я.
– А лесовики где?
– Догорают. Короче так, сейчас я тебя развяжу. Делаешь только то, что я тебе скажу. Никуда не ходишь, сидишь, где посажу. И надо тебе штаны сменить, а то воняешь страшно. В таком виде я тебя в машину не пущу.
– А они точно мертвы? – спросил мужик, вставая на ноги и растирая затекшие руки, как он их не лишился, твари вязали его жестоко.
– Не беспокойся. Если их всего пятеро было, то все нормально, уже пепел. Других не видел?
Тот покачал головой.
– Кстати, меня Свеном зовут.
– Ну, тогда, Свен, двигай наверх, выйди на улицу, сядь у входа в пещеру и жди меня. Никуда не отходи. Там рядом родник, тварям пить нужно, так что можешь спокойно вымыть свой зад и застирать одежду, запасной у меня нет.
– А если на меня нападут?
– Нет тут никого, Свен. Нелюди не терпят конкуренции, ближе, чем на пять километров, они к чужому логову не подойдут. Иди, мне обыскать тут все надо. Кстати, как ты эту вонь выносишь?
– От меня дерьмом еще хлеще несет, – отозвался импресарио, стоя на лестнице. – Ладно, коли ты уверен, что тут безопасно, пойду отмоюсь, если это возможно.
Сокровищница оказалась бедновата. На свет были извлечено три золотых чекана, несколько чеков серебром, пара энергетических пистолетов, можно было стрелять обычными пулями, а можно и рунными. Древнее ружье неимоверного калибра эпохи начала борьбы с тварями. Такие делали на заказ егеря, это уже потом появились энергетические винтовки. Подобное если кто и купит, то только для украшения. Нашлись еще несколько золотых и серебряных украшений с камешками, и… Тут Игнат озадачился, на ладони лежала пластинка из горного хрусталя с начертанной на ней руной, она была совершенно ему не знакома, более того, от нее просто несло странной чужой энергией.
Последней руной, которую волшебницы адаптировали и научились накачивать энергией, стала руна лечения бесплодия. Но то, что держал в руках Игнат, не являлось обычной руной, знак напоминал хищную птицу. Егеря часто пользовались знаками силы, и он знал их все наизусть. Многие ему были не особо нужны, другими он пользовался часто, но хрусталь со знаком в его руках нечто совершенно новое. Многие чаровницы пытались создавать руны на основе заклинаний, получился бы выгодный бизнес, но никому еще это не удалось. И вот сейчас в руках егеря было доказательство обратного, кто-то смог.
Он внимательно осмотрел тайник, хотя разве яма прикрытая ветками может считаться тайником? Запустив руку, он пошарил вокруг, и его старание было вознаграждено, на свет появился дневник. То, что это дневник магички, не было никаких сомнений, поскольку только они писали на пергаменте, остальные люди предпочитали обычную недорогую бумагу. Пергамент был необычен, великолепно выделанная кожа. Игнат пролистал дневник и ничего не понял, незнакомые рисунки рун, пояснения на чужом языке. Буквы были хищные, чем-то напоминающие сами руны. Егерь мог поспорить, что прежнее человечество такого языка не знало.
Он еще раз внимательно осмотрел «тайник», собрал всю добычу, оглядел логово, но больше ничего интересного не нашел. Подойдя к очагу, он вытащил из груды хвороста рулон бересты, поджег его и бросил в охапку ельника, который тут же весело затрещал, перекидываясь на какое-то тряпье. Закинув старинное ружье на плечо, Игнат подхватил рюкзак и вышел, закрыв за собой дощатую дверь.
Свена он нашел у родника, где тот, раздевшись догола, пытался отстирать свои штаны. Стянув с лица шейный платок, он понял, что сделал это зря, вонища стояла жуткая.
– Слушай, егерь, а может, поищешь во что переодеться? – наконец, брезгливо отшвыривая безвозвратно загаженные штаны, спросил импресарио.
– Слышь, директор, я тебе что, магазин одежды?
– А в логове? – с надеждой поинтересовался спасенный.
– Нет там ничего. Да и его тоже больше нет.
Словно в подтверждение его слов из пещеры повалил черный дым.
– Понятно. И че мне теперь делать? Не голышом же ехать? Деньги, конечно, кое-какие есть на счету в банке союза. Но до него еще добраться надо. Кстати, этот древолаз трусливый выжил?
– Выжил, дружинники его сняли. Что, кинул он вас?
– Да как сказать… – замялся администратор труппы. – Он просто оказался более ловким и более шустрым. Мы ж не бойцы. Порвали лесовики ребят секунд за двадцать, хотя Игорь и пытался стрелять, но из него стрелок…
– Ясно, можешь не продолжать, – остановил его Игнат, – мне ваша история без надобности, своих хватает. Ты мне лучше скажи, встречал такие буквы? – он протянул дневник Свену.
Тот лениво его полистал и вернул егерю.
– Впервые вижу. А что это?
Игнат пожал плечами и убрал в карман жилета. Дневник сам по себе являлся большой ценностью, а учитывая, что карман жгла новая руна, как доказательство работоспособности теории, которая наверняка описана в этом дневнике, книжечка штука бесценная.
– Так чего с одеждой? – напомнил импресарио.
– Стирайся, пока не отстираешь. Вот мыла я тебе смогу найти, есть кусок. Думаю, с ним веселее пойдет.
Он выбрался из оврага, закинул рюкзак с трофеями в маленький багажник и достал свой с пожитками, порылся в карманах и нашел брусок мыла жутко вонючего, но способного справиться с засранными штанами.
– Держи, – произнес Игнат, кинув средство гигиены администратору уже не существующей труппы.
– А ты куда? – забеспокоился Свен.
– В лес по грибы, – буркнул Игнат. – Слушай, ты достал уже, я тут работаю. На машине руны, ни один нелюдь к ней не подойдет и на пару метров, и энергией тоже не сможет ударить. Если что, беги к ней и сиди рядом, или лезь под нее, внутрь не суйся, там от таких любопытных защита стоит. Все понял?
Свен кивнул.
– Да не очкуй, – улыбнулся Игнат, – нелюдей по близости нет, людей тоже, так что, все будет хорошо. А завтра уже в Сторожье окажемся. Все, больше не мешай, я сейчас шаманить буду, собьешь, я твоей кровью воспользуюсь, понял?
Циркач кивнул и, собрав свои шмотки, отправился к роднику в надежде отстирать портки.
Игнат же уселся на землю и начал готовить руну дальнего поиска. Это была особенная руна, ее рисовали на земле кровью, при этом обязательно четко думать о том, что ты хочешь найти, стоило сбиться, и все приходилось начинать заново.
Нарисовав знак цепкой, он полоснул себя по руке кинжалом и быстро обвел кровью контуры, думая о странной руне и дневнике чаровницы. Сначала ничего не происходило, долгое время кровь пузырилась на линиях. Шли минуты, долгие, тягучие, и все это время надо было думать о конкретной вещи. И вот спустя час, руна вспыхнула, после чего кровь подобно ртути собралась в стрелку, которая развернулась на запад. Причем вытянулась она далеко, что говорило о приличном расстоянии, не меньше десяти двадцати километрах. Дальше поиск просто не работал, таким же образом Игнат выследил лесовиков и их добычу. Теперь он знал, что в той стороне произошло то, что привело дневник и руну в пещеру лесовиков. Только вот в том направлении дикие земли, либо брошенные, либо там людей никогда не было. Игнат наморщил лоб, вспоминая карту княжества Дар. И тут память подсказала, что на западе развалины замка и мертвый городок при нем. Кто и когда его развалил, память не сохранила. Похоже, руна и кровь указывала точно в ту сторону. А значит, и егерю туда. Придется Свену прокатиться с ним, некогда его везти в Сторожье.
Замотав руку чистой тряпкой, Игнат сосредоточился, чужая сущность в нем «заворчала», но вылезла из своего кокона и принялась за лечение, с подобными порезами она справлялась минут за двадцать. Какое-то время рану пощипывало, потом она начала чесаться. Это означало, что дело близится к концу. Размотав тряпицу и убедившись, что все сделано, как надо, и даже шрама не осталось, он загнал джинна обратно в кокон. Правда, злоупотреблять этим не следовало, тварь, сидящая внутри, подавленная и изолированная, умела быстро подпитываться и начинала бороться. Потому надолго ее нельзя отпускать, а то можно и самому нелюдью стать, а учитывая, что с ним сожительствовал довольно сильный джинн, то и нелюдью он будет очень опасной.
Он приложил запястье на начертанный знак, и произнес короткую формулу, кисть обожгло, и на руке остался пульсирующий свежими рубцами знак поиска. Который теперь сутки будет вести его в нужном направлении. Теперь нужно было вернуть энергетический резерв, без него в путь ехать нельзя. Стерев кровавую стрелку, Игнат начертил руну накопления энергии, а рядом с ней защитную, чтобы не притянуть то, чего притягивать не следует. После чего извлек серебряный порошок и несколькими щепотками обсыпал контуры руны. Та вспыхнула, и он почувствовал, как все вокруг начало вливать в него энергию. Процесс был не сложным, но утомительным, нужно собрать все, что ему причитается, и впитать. К счастью или к несчастью кубышка у Игната была не велика, и он справился всего за час. Мастерицы магии с огромным запасом тратили на это иногда по нескольку дней, правда, они могли потом швыряться заклинаниями пару недель без остановки. И не такими простенькими, типа скорость или рассеивание, а масштабными вроде волны пламени или каменного града.
Проверив резерв, Игнат удовлетворенно кивнул сам себе, на три-четыре заклинания должно хватить. Встав, он слегка покачнулся, за такие вливания приходилось платить. Достав из машины рюкзак с едой, он вытащил остатки лепешек и завернутое в них копченое мясо. Вечером они сварят кашу, а сейчас на это нет времени.
– Свен, двигай сюда, пожуем, ты, наверное, голодный, – позвал он.
– Они кормили меня, – нехотя ответил мужик, присаживаясь рядом. – Кормили тем, что осталось от Анки.
– Забудь и никому не говори, простые люди не поймут, может, очень плохо кончиться. И вообще, поменьше рассказывай про это.
Циркач кивнул и молча откусил протянутую ему лепешку с мясом.
– Слушай, у тебя выпить есть?
– Яблочное вино, слабенькое, но отлично утоляет жажду.
Игнат протянул ему флягу. Свен сделал пару глотков и вернул обратно.
– Спасибо тебе.
Игнат ничего не сказал, работа у него была такая – помогать людям, убивать нелюдей или спасать тех, кто попал в беду. Так жили егеря и так они умирали, уходя в пустоши и никогда не возвращаясь.
– Теперь слушай, – начал Игнат, – у меня появилось еще одно важное дело, так что, в Сторожье ты завтра не попадешь. Есть два пути. Первый – ты останешься здесь, я уеду, может, вернусь к вечеру, может, не вернусь никогда, и ты уже сам по себе. Вариант второй – мы садимся и едем туда, куда показала руна поиска. Потом возвращаемся в Сторожье.
– Или не возвращаемся? – спросил голый Свен, его одежда лежала на солнышке и сушилась, теперь от нее несло едким запахом мыла.
– Ты все правильно понял, – усмехнулся егерь. – Там как карта ляжет. Только дождемся, когда твои шмотки высохнут. Погода жаркая, думаю, к полудню все будет готово. Ну, так что ты решил?
– Я только портки отстирал, если ты меня одного тут оставишь, я их снова испачкаю.
– А если там что-то серьезное, ты их гарантировано испачкаешь, – подколол Игнат.
– Егерь, там хотя бы ты будешь, и уж если ты этих тварей извел, – махнул Свен рукой в стороны горстки пепла и выжженного двухметрового пятна – того, что осталось от нелюди, – то и других изведешь.
Игнат на это промолчал, уверенность циркача его забавляла, если бы тот знал, что его едва не убили, и лесовики так себе трофей, есть твари, которых можно только магией, а он тот еще магик.
– Если решение принято, тогда ждем, когда подсохнут твои шмотки, и трогаемся.
– И что там? – развалившись в высокой траве, лениво спросил импресарио.
– Может, ничего, а может, все, – с усмешкой ответил Игнат, прислонившись спиной к колесу и прикрыв глаза, нужно было воспользоваться любой возможностью отдохнуть.
Назад: Предисловие
Дальше: Глава вторая Замок на западе

ralousKip
Я извиняюсь, но, по-моему, Вы ошибаетесь. Предлагаю это обсудить. Пишите мне в PM. --- Очень ценное сообщение играть кс в браузере, мучение куклы 2 а также ультраниум машина ест машину 4 смотреть онлайн бесплатно
chocdiket
угу,ну давай,давай))) --- Прошу прощения, это не совсем то, что мне нужно. посмотреть карпов 2 сезон все серии, ютуб свати 7 сезон всі серії и вечная сказка смотреть онлайн обратная сторона луны второй сезон смотреть онлайн
glucwardBaw
Буду надеятся что втарая часть будет не хуже первой --- Вы не ошиблись майнкрафт делать скины, скины майнкрафт по а также карты 1.12 скин делать майнкрафт
enadFam
Я пожалуй просто промолчу --- все прям профи такие.... fifa 15 by xatab скачать торрент, скачать игру fifa 15 ultimate или скачать fifa 15 16 17 скачать fifa 15 без вирусов